Избирательная слепота миноритариев
Любая любая социальная группа может практиковать абсолютизацию своих проблем. Радикальным феминисткам плохо, поэтому им якобы не до миндальничанья с любым человеком, на полшага отстоящим от их идеологии.
Любая любая социальная группа может практиковать абсолютизацию своих проблем. Радикальным феминисткам плохо, поэтому им якобы не до миндальничанья с любым человеком, на полшага отстоящим от их идеологии.
Правые акселерационисты абсолютно сознательно призывают в наш мир Чуму.
Увесь час мені кажуть: «Якщо УПА та ОУН не герої, то хто ж тоді наші герої?». Я кажу: «Треба вирости! Треба бути дорослими!».
Что меня сподвигло написать обо всём этом? Наверное то, что имел много времени, пока лежал в госпитале Волновахи в марте 2016 года. О чем хотел написать? О том, что видел, что знаю, для чего...
Большую часть жизни человек находится в окружении коллектива, тесно взаимодействует с другими людьми. И это накладывает определённый отпечаток на характер. Потому считаю, что пора поговорить об эгоизме и неприятии «законов коллектива» как о способе самосохранения.
5 ноября во Львове прошел марш в честь дня рождения Нестора Махно. Несмотря на обилие чёрных флагов и чествование анархистского военачальника, назвать мероприятие анархистским никак нельзя
If you didn’t pluck up courage and demand to stop this massacre, you would be guilty till your death die. You will respond for your cowardice that stopped you from sabotaging this hell machine that was built right before your eyes.
To achieve anarchy, most of the world will not have to sacrifice anything except for chains. In theory, even the minority of the rich and powerful doesn’t need a sacrifice too, except for the privileges.
Я услышал, как рвутся мины — этакий отвратительный рявкающий звук. Поступила команда «с брони!», и наша пехота горохом посыпалась на землю, водя автоматами по акациевым зарослям. Я остался на башне один.
Настоящее давление на суд мы видим на этом кадре с заседания по избранию меры пресечения для сына министра внутренних дел Украины Александра Авакова.
Дельфінарій «Немо» простояв у Києві рівно 8 років і 1 місяць. Весь цей час він діяв протиправно. Власники дозволяли собі бити активістів під час відкриття дельфінарію, махлювати з документами та іменами дельфінів, діяти без документів на землю, самовільно підключатися до водогону, наживатися на шарлатанській «дельфінотерапії» тощо.
Часто спрашивают, как я, мирный человек, стал военным, и что я при этом чувствовал? Мое психологическое привыкание к войне и ее быту происходило постепенно. Изначально я решил для себя: не «отмазуюсь», не «кошу», и если ко мне приходит повестка, я иду на войну без вопросов.