Истории с моего фронта. Часть пятая

Читать предыдущую часть

В Волновахе я слышал об особом способе борьбы с пьянством, практиковавшимся на «передке»: пьяного привязывали к дереву лицом в сторону врага и оставляли на ночь. Если с той стороны летят ракеты «Града», у него есть несколько секунд, чтобы разбудить криком весь лагерь. Так трезвели довольно быстро.

Или же пьяных привязывали на день к дереву и давали еду. Ходить в туалет в таком положении можно было только под себя. Говорят, хорошо и надолго отрезвляло. На следующий день человек ходил по лагерю потупившись.

Ещё более абсурдно было слышать эту историю от офицера, который сам, пребывая в штабе, пил как черт. В Волновахе рассказывали, что начали даже производить оригинальные нашивки на форму. Синего цвета: слева «жёсткий», справа «аватар». На жаргоне «синий» и «аватар» — синонимы слова «пьяный».

Из плюсов этого сообщества можно выделить то, что отношения между людьми внутри коллектива, близкого к «передку», более честные и «прямые», чем в лицемерном Киеве. Тебе прямо и не откладывая объяснят, что о тебе думают.

Как я познакомился с местными нравами, касающимися секса. Однажды двое, офицер и солдат, подвозили меня на «Новую почту».

Бензин и ништяки типа сгущёнки в армии бесплатны, особенно если ты приближен к начальству. Водитель сначала отвёз упаковку сгущёнки своей любовнице, потом позвонил по номеру, который он где-то достал, и попытался снять сразу двух проституток. Точнее, «девушка» просто привела свою подругу.

Весь процесс прост и вульгарен: клиент даёт еду и спиртное, женщина — секс у неё дома.

Двух откликнувшихся на звонок «девушек» водила угостил коньяком, долго болтал с ними, сидя в машине пред взором выпивающей компании каких-то гражданских. В конечном счёте он решил с «подругами» не спать, так как счёл их слишком «страшными». Высадив барышень, водила принялся рассказывать, что у него есть дома жена и двое детей, а в Волновахе – три местных женщины в качестве любовниц. Типичная сцена в абсурдизме волновахской жизни.

Вечер, 22:00, солдаты-зенитчики мирно бухают. Тут начальство вызывает к себе их замполита, который возглавляет процесс (если не можешь с чем-то бороться – нужно это возглавить).

Начальство приказывает замполиту отвести на медицинское освидетельствование двух пьяных. Парень берет под козырёк и ведёт подопечных, сам при этом лыка тоже не вяжет. Берёт в помощь ещё одного коллегу.

Приводят они пьяных к медработницам, двум женщины лет тридцати и сорока. Пьяные дышат в трубочку, им намеряют около 2,3‰ спиртного в крови. Замполит ради прикола тоже подышал, у него оказалось 2,7‰. Стоит упомянуть, что алкогольным опьянением считается более 0,3‰.

Пьяных отводят в расположение бригады, а замполит с напарником начинают активно клеиться к медработницам. Напарник «снимает» старшую, а замполит, у которого дома жена и кольцо на пальце — младшую. На резонный вопрос женщины, не смущает ли его этот факт, тот отвечает, что нет. В ход идёт водочка и закусь, купленная медработницами.

До секса у замполита почему-то дело не доходит. Пока он куда-то отходит, вкусить плоды любви успевают его напарник со своей собеседницей, в том же помещении.

Итак, замполит, набравший уже больше 2,7‰ в крови, решает вернуться в штаб. А на посту надо сказать вечерний пароль. Вместо этого замполит воздевает руки и, пританцовывая, начинает петь: «Я знаю пароль, я вижу ориентир, я знаю только это, любовь спасёт мир!» Дежурные на посту смеются с него и пропускают, не спрашивая пароля. Обычный волновахский вечер.

Другие осколки калейдоскопа.

Описанный выше военный водила едет по улице на машине своего шефа, видит девушку. Притормаживает, спрашивает: «Девушка, вашей маме зять не нужен? Сексуальный алкоголик!» Так он пристаёт ко всем пешеходкам и водительницам. Девушки, как правило, отказываются, но на десять отказов приходится одно согласие.

Волновахское районное отделение милиции. Мешки с песком в холле, на охране — менты в камуфляже с автоматами и в бронежилетах. Повод для визита — необходимость прошить основательно, нитками, журнал админпротоколов, который я все прошивал, да не прошил. А у ментов как раз есть специальный аппарат, делающий это быстро и надёжно.

Приходим попросить прошивку в кабинет к следовательнице по имени Таня. Та оказывается миловидной и ухоженной девушкой лет 25, с очень уставшим взглядом. Юрист бригады явно к ней неравнодушен, но при этом постоянно подначивает меня: «подкати к девушке, ты же видишь, она же хочет». Та рассказывает, как ездила в Киев поступать на магистратуру, да не поступила. Судя по взглядам, которые она бросает на нас, гостей, она действительно не против познакомиться ближе с киевлянами.

Некоторое время спустя, когда начинаются суды над выпившими, со мной активно напрашиваются поехать в местный суд коллеги-офицеры. Для них «командировка» туда будоражит умы «изголодавшихся» парней — ведь это перспектива познакомиться с «тёлками», работающими помощницами судей.

Рассказываю друзьям о реалиях жизни в этом городке в прифронтовой зоне. В Киеве, в «цивилизованной» жизни, кажется диким то, что «там» есть женщины, готовые продаться за бутылку коньяка и еду, а военнослужащие имеют семьи на гражданке и по нескольку женщин на фронте, не считая случайно «снятых» за символическую цену.

Если задуматься, то в этой глубинке царят действительно жуткие нравы. Но и в обычном мирном Киеве эти отношения, если копнуть, такие же, только более скрытые и лицемерные. Да и «расценки» намного выше. Так будет продолжаться, пока в нашем патриархальном обществе женщине с детства внушают, что она — объект желания мужчины и имеет свою цену, а мужчине — что он обязан покорять женщину деньгами и подарками, да и вообще должен кого-либо покорять и эксплуатировать. Армия и отношения на войне просто до крайности обнажают эти царящие подспудно нравы.

Постепенно узнаю новые для себя слова. КП — командный пункт (там я провожу немало времени в ожидании подписания комбригом админпротоколов. А ещё я первое время путаю КП с КПП — контрольно-пропускным пунктом). ППД — постоянный пункт дислокации. «Наборник» — это в ППД телефон специальный, советских времён, для связи со штабом. ВСП — военная служба правопорядка. Это контора, которая ловит пьяных и прочих нарушителей в форме и держит у себя несколько дней. Иногда ради того, чтобы приструнить пьяных, командиры или замполиты возят в ВСП и на освидетельствование в больницу «аватаров» аж с передовой, прожигая казённый бензин.

Продолжение

Вам также может понравиться...