Введение в основы анархо-феминизма
При изучении патриархальных гендерных ролей, которые нам как женщинам навязывают, и борьбе с ними важно задаться вопросом: откуда эти роли взялись и чьим целям они служат?
При изучении патриархальных гендерных ролей, которые нам как женщинам навязывают, и борьбе с ними важно задаться вопросом: откуда эти роли взялись и чьим целям они служат?
Противопоставление индивидуальной свободы и прогресса – излюбленный прием сторонников сильной руки.
5 ноября во Львове прошел марш в честь дня рождения Нестора Махно. Несмотря на обилие чёрных флагов и чествование анархистского военачальника, назвать мероприятие анархистским никак нельзя
Пора принять тот простой факт, что слоган «Никакой войны кроме классовой!» совершенно не применим в сегодняшней Украине. Украина не сможет победить российский империализм, пока не решит свои проблемы с капитализмом; и наоборот, пока Украина не победит российский империализм, она не сможет решить свои проблемы с капитализмом.
После первого разгона Евромайдана, убийства Вербицкого и других активистов, избиений журналистов неудивительно, что люди пришли на «мирный марш» со «средствами самозащиты». И я не удивлён, что обе стороны заранее были готовы вгрызться друг другу в глотки. Прекрасный солнечный день. И трупы, лежащие на Институтской и в Мариинке. Гранаты, летящие в людей. И коктейли Молотова, жгущие вооружённых солдат.
Я еду в метро и созерцаю людей, ещё не знающих, насколько круто изменилась их дальнейшая жизнь. Идут дни. До того мирная улица превратилась в горящую линию фронта, в огненную стену, отделяющую «Беркут» от гражданских людей в масках и шлемах. 22 января — День соборности Украины. По злой иронии, в этот же день начали стрелять по протестующим насмерть.
Среди левых пацифистов широко распространено мнение, будто украинские анархисты заняли антироссийскую позицию под влиянием националистической пропаганды.
Казалось бы, если мы хотим добиться нового мира, то мыслим его категориями уже сегодня, пытаемся жить по принципам общества, которое еще не появилось, подаем окружающим пример того, как можно взаимодействовать на равных, без попыток унижать и властвовать. Но почему-то вопрос нарушения этих принципов запускает гораздо больше скрытых механизмов унижения и власти, чем, собственно, способов решения проблемы.
Будь-яка революція ламає старі ієрархії та будує нові. Принаймні, це одна з функцій революції, як суспільного явища. Останній Майдан не був виключенням — він зламав згубну корупційну систему взаємовідносин, що склалась у часи правління Віктора Януковича. Щоправда, цим він і обмежився, бо далі революція, як політична дія, не пішла. Зрештою, громадяни усвідомлювали повалення режиму як основну мету, в той час як щодо інших задач одностайності не було.
На Евромайдан 2013 года вышло в первые дни несколько сотен. Они стояли относительно скромной толпой у стелы Независимости и никого не трогали. Ведущие со сцены просили их не кричать сомнительную кричалку: «Слава нації – смерть ворогам!» Так Евромайдан выглядел только поначалу.
Тема Майдана избита в «мейнстримовых» изданиях. Множество причастных к нему написали мемуары и свои оценки происшедшего. Не хватает в этом словесном потоке лишь четкой позиции левых, которые к настоящему народному бунту оказались не готовы. Отрадно, что левые и анархисты на Майдане все же присутствовали и приняли деятельное участие, пусть и не в ролях «захватчиков» правительственных зданий и «говорящих голов» революции. Думаю, что их записки еще появятся.