Сирийский конфликт в лентах на Docudays

«Дугма/Кнопка» (2016)

Программа фестиваля документального правозащитного кино Docudays 2017-2018 дает возможность составить впечатление о происходящем на войне в Сирии и, частично, Ираке. Представленные ленты раскрывают конфликт со многих ракурсов, исключая разве что точку зрения режима Башара Асада, «Исламского государства» и русских. Одни режиссёры предпочли разобраться, как действуют аполитичные граждане в условиях осады и полной безнадёги («Последние люди в Алеппо»). Вторые – как девушки, воспитанные в строго патриархальном обществе, на волне демократизации берут в руки оружие и воюют в некогда «сугубо мужской» войне («Мерьем», «Гулистан – земля роз»). Третьи, и их немало – как в некогда спокойном сирийском обществе гражданские подвергаются пыткам и изнасилованиям со стороны армии режима Башара Асада, призванной, казалось бы, «защищать» их («Молчаливая война»); те же беды, только со стороны боевиков ИГ, описаны в фильме «Возвращение». Четвёртые раскрывают сущность религиозного фанатизма и готовность смертников отдать свою жизнь за веру («Дугма/Кнопка»).

«Дугма/Кнопка» (2016)

Фильм режиссера Пауля Салахадина Рефсдаля, снятый на территории, занятой группировкой, до 2016 известной как отделение «Аль-Каиды» – «Фронт ан-Нусра» (Jabhat al-Nusra). Причины её возникновения и источники финансирования остаются за кадром, ясно только, что к «Фронту» примыкают люди со всего мира. Главные герои – гражданин Саудовской Аравии Abu Qaswara и британец Abu Basir al-Britani. Выходец из Мекки поёт и проповедует ислам, а выходец из Великобритании воюет на передовой, гармонично вписываясь в сирийское общество. Их роднит миссия всей их жизни – подготовка к суициду путём подрыва машины в стане врагов.

Так, шаг за шагом, зритель вникает в совершенно непривычный для европейцев мир «джихадистов» – глубоко верующих бойцов, для которых умереть за Аллаха – честь и способ попасть в рай. В раю, как в средневековых легендах, живут гурии (один из смертников то и дело повторяет, что его ждут 72 райские женщины).

Для певца-проповедника не гурии главное – его восхищает перспектива увидеться один на один с Аллахом. Абу из Мекки постоянно улыбается, он жизнерадостен и приветлив – ведь его ждёт рай и блаженство за праведное дело. Можем ли мы представить, к примеру, христианского проповедника, который постоянно искренне улыбается в предчувствии рая? Едва ли.

Шоком для европейца станут и задушевные разговоры Абу с верующим отцом (они планируют говорить по телефону до самого момента взрыва), уютные кадры с его ребёнком – и спокойный, будто о любимой работе, рассказ об устройстве механизма подрыва в машине смертника. Мучеников заносят в специальный список, и ждать момента «сакрального деяния» им приходится неделями и даже месяцами.

Британец показан всецело преданным исламу, но всё же сомневающимся в необходимости самоподрыва. Он то и дело вспоминает, что обязан содержать семью с момента женитьбы. На родину его не тянет совсем – о Британии его отзывы исключительно как о «жалком месте».

Замечание вне контекста фильма. В этом интернационале фундаменталистских мусульман нашёл себе место и русский, к тому же, бывший левый активист. О нём в 2017 году вышла статья Павла Никулина, немало «встревожившая» ФСБ.

На основе повседневной рутины войны в «Дугме» показан быт одних из самых фундаменталистских бойцов ислама. Впрочем, говоря о себе в кадре, они отмежёвываются от «Исламского государства» из-за его жестокости, а своих врагов, армию Асада, клеймят как насильников и убийц, акцентируя внимания на своих убеждениях. Для всего мира они остаются «запрещёнными», террористами.

25 июля 2016 лидер организации Абу Мухаммад аль-Джулани объявил об отделении Фронта ан-Нусра от международной террористической организации Аль-Каида и переименовании в «Джабгат Фатах аш-Шам» (или «Фронт завоевания Леванта»). Их джихад длится по сей день.

«Молчаливая война» (2017)

Фильм «Молчаливая война» франко-британской режиссёрки Манон Луазо повествует о происходящем на стороне режима Башара Асада в Сирии. Здесь почти нет кадров взрывов и расчленённых тел – только многочисленные повествования жертв режима об издевательствах, которые они пережили, и снятые на мобильный архивные кадры жертв пыток. Женщины всех возрастов вынуждены были покинуть Сирию, и постепенно становится ясно, почему – не только из-за политических преследований, но и по причине давления всего общества.

Первый шокирующий для европейцев факт – за изнасилование в восточном обществе карают пострадавшую женщину, а не насильника. Её родственники не смогут терпеть такой позор. О психологической помощи уж тем более речь не идёт.

Второй – женское тело считается священным, изнасиловать женщину – значит выразить к ней и её семье степень крайнего презрения, подтолкнуть её родственников презирать её и даже убить, если жертва переживёт насилие и выйдет на волю. Сделать так, чтобы она умрерла от рук своих родственников. Армия и спецслужбы Асада сознательно занимаются этим, устрашая население.

Третье – сама женщина из этого общества, пережившая сексуальное насилие, уже не ассоциирует себя со своим телом, которое при соблюдении всех религиозных практик считается свободным от «скверны». Главные героини шокируют европейского зрителя объяснениями, почему рассматривают своё тело как навсегда осквернённое, отделившееся от души. Само слово «изнасилование» им тяжело промолвить, так как это действие – последнее табу, считавшееся незыблемым до того, как его нарушили служаки Асада.

Перечень военных преступлений армии и спецслужб масштабен – он сводится к жестоким отработанным схемам «меня украли, пытали и насиловали» или «наш дом захватили солдаты, меня и моих дочерей насиловали на глазах отца». Так режим Асада наводит ужас на остающиеся неподконтрольными территории, подрывая сами основы общества.

Зрителю из западной цивилизации открывается совсем другой мир – в котором есть реклама «Фанты» и «Пепси», мобильные телефоны и Интернет, двигатели внутреннего сгорания и фосфорные бомбы, но люди при этом живут согласно древним религиозным обычаям.

В финале фильма звучит фраза одной из беженок, обращённая к европейцам: «Вы посмотрите фильм и забудете его». Это правда, ужасы, творимые в Сирии, мало кого волнуют за её границами.

«Возвращение» (2016)

«Возвращение» шведского режиссера Захави Санжави, родившегося в Иракском Курдистане, перекликается с «Молчаливой войной». Взор документалиста падает на лагерь беженцев, курдов-езидов, проживающих в Иракском Курдистане. Люди, бежавшие от террора «Исламского государства», повествуют о военных преступлениях фундаменталистов – убийствах, пытках и изнасилованиях. Главная героиня, медсестра-курдка Шилан, стремится выслушать каждого и каждую из 20 тысяч людей, живущих в палатках. Кто-то не желает разговаривать с людьми и принимать пищу после пережитого, но девушка терпеливо находит ключи к израненным душам.

И снова часы интервью о жестокости, будто из возродившегося средневековья.

А вот как отвечают на этот мрак курды с сирийской стороны, раскрыто в нескольких других фильмах.

«Мерьем» (2017), «Гулистан – земля роз» (2016)

Два фильма, посвящённые бойцам Народных сил обороны – военного крыла Рабочей партии Курдистана. Объединяют их героини – девушки-курдки, объявившие войну «Исламскому государству».

«Мерьем» – короткометражка Ребера Доски, голландского режиссёра курдского происхождения. Динамичная зарисовка на тему битвы за город Кобане на севере Сирии: в кадре главнокомандующая по имени Мерьем и её соратницы. Оператор совершает стремительные перебежки под пулями. Сражение в самом разгаре, курдов с воздуха поддерживают американцы, бомбящие позиции исламистов. Фильм интересен как завораживающая картинка из некой параллельной вселенной, которая находится у нас под боком.

«Гулистан – земля роз» – повествование совсем другой тональности, созданное Зайне Акйол, канадской режиссёркой курдского происхождения. Фильм неспешен и медитативен, большая его часть посвящена подготовке девушек из женского отряда YPG: тренировки, разговоры, идеологические лекции с акцентом на лидерстве Абдуллы Оджаллана. То и дело в кадре звучат слова «наш лидер».

Успеваешь увидеть и диковинную военную форму курдов, и их тактику борьбы с «Исламским государством». Большая часть фильма снята ночью, в ожидании наступления на позиции исламистов – в такие моменты всё действие замирает, остаётся лишь томительное ожидание, присущее войне. Создаётся впечатление, что авторка хотела скорее показать своё художественное видение происходящего, нежели его причины.

Оба фильма будут не очень понятны без знания бэкграунда: эти жизнерадостные девушки служат в армии после революции в курдском обществе, начавшейся после гражданской войны во всей Сирии, а эмансипация женщин Курдистана – масштабный процесс, касающийся не только войны, но и мирной жизни, где женщины наделены правами, равными с мужчинами. Эти фильмы будет хорошо смотреть параллельно с прочтением текстов о социальном эксперименте в сирийском Курдистане. На домене Нигилиста обосновался целый блог о курдах «Hevale: революция в Курдистане» — исследовательский медиапроект о Ближнем Востоке, действующий с 2015 года. Познавательного чтения!

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, nihilist.f[email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...