Школа и тюрьма

Тов. Шиитман

School-starts-Sept-4th-resistance-is-futile

Удивительно ли, что тюрьмы похожи на заводы, школы, казармы и больницы, которые похожи на тюрьмы?
М. Фуко

Не только с заключёнными обращаются как с детьми, но и с детьми обращаются как с заключёнными. Дети оказываются жертвой инфантилизации и оглупления, которые вовсе им не присущи. И в этом смысле совершенно верно, что школы — это немного тюрьмы, а заводы — это почти совсем уже тюрьмы.
Ж. Делёз

На примере мордовского Гулага, который сейчас у всех нас на слуху, можно в гипертрофированном, увеличенном варианте увидеть опасность конформизма.
Работа по 16 часов, избиения и пытки, сломанные носы и обмороженные конечности зека. Такой себе рукотворный ад.
Только лишь законченная мразь может сказать, что этот порядок вещей нормален и не заслуживает того, чтобы против него бороться. Но говорящие это люди всё равно находятся, причём по обе стороны колючей проволоки. И самое парадоксальное, что далеко не всегда это тюремщики, или работающие на них «активисты», часто встречаются и искренние жертвы стокгольмского синдрома, от чистого сердца защищающие систему, которая их мучит и убивает.

Важно понимать, что те же механизмы насилия и подчинения, которые стоят за тюрьмой, можно обнаружить и в куда более безобидных учреждениях.
Не будем сейчас трогать армию, на самом деле, ад ещё ближе.

Постсоветские школы и университеты повсеместно несут на себе отпечаток тюрьмы. Здесь есть всё: принудительный труд, жесткий распорядок, безграничный авторитет вышестоящих, бесправное положение тех, кто внизу, коррупция, а также вездесущая борьба за власть и попытка строить иерархии даже на самом нижнем уровне.
И вот если 16-часовой труд в тюрьме одобряют и оправдывают разве что какие-то фашисты с пёсьими головами, то использование школьников в качестве рабочей силы, или же неоплачиваемая практика в университетах (которая подразумевает тяжелый физический труд и не имеет никакого отношения к изучаемому предмету) считается нормой повсеместно. Попытки бороться против этого вызывают возмущение не только у чиновников от образования (их можно понять, они частенько наживаются на бесплатной рабочей силе или откупных), но и у преподавателей, находящихся, по сути, в таком же рабском и униженном положении, как и их ученики. Но вместо солидарности они предпочитают дополнить труд учителя трудом надсмотрщика и вертухая, причём на бесплатной, добровольной основе.
psigoloves

«- Почему вы возмущаетесь, вам что, жалко немного поработать на благо общества?
— Да вы просто не умеете трудиться.
— Тебе что, больше всех надо? Отработай своё и молчи, хуже ведь будет.
— Ты же всех нас подставляешь, сиди тихо, разозлишь их — у всего курса будут проблемы.»

Детей и подростков кормят ложью о том, что принудительный труд «закалит» их, что тяготы сделают их только сильнее, что им потом «будет что вспомнить». Да, детям действительно потом будет что вспомнить. С ненавистью и отвращением. Если, конечно, у них хватит честности и самоуважения не подчиниться стокгольмскому синдрому и не полюбить своих мучителей. Удары судьбы делают человека сильнее лишь в том случае, если он бьёт в ответ, или хотя бы уклоняется. Человек, безропотно их сносящий, превращается в бесхребетную амёбу. Именно так и выращиваются благодарные граждане, знающие своё место.

Всякий, кто оправдывает и принимает как должное факт существования принудительного труда в образовательных учреждениях, придерживается той же самой логики, что и защитники тюремного рабства. В каждом преподавателе, выгоняющем свой класс/курс на «уборку территории», или на на митинг по разнарядке сверху, живёт маленький вертухайчик.

Пользуясь случаем, напомню, что у нас в АСТ-Киев сформировался и начал действовать образовательный синдикат, к которому можно присоединиться, если вы школьник, студент, аспирант или преподаватель, которого не устраивает ни роль скотины, ни роль пастуха. Пока что действуем в НуБиП, но планируем расширяться — всё зависит от вас.
ast-on

Вам также может понравиться...