Что не так с концепцией «нового левого патриотизма» в России

10 февраля участники Российского социалистического движения (РСД) Олег Журавлёв и Кирилл Медведев опубликовали на Colta.ru статью «Новый патриотизм — новая оппозиция? Наблюдения слева». По их мнению, России необходим новый «прогрессивный» патриотизм. Некоторые молодые леваки приняли статью с восторгом; возможно, такая реакция обусловлена не только текстом, но и с харизмой одного из авторов, Кирилла Медведева — поэта, переводчика и вокалиста группы «Аркадий Коц». Впрочем, рассмотрим эти февральские тезисы поближе.

Авторы, как и альт-райты, считают поправение — и одну из его составляющих, «патриотизм», — естественным процессом. Поэтому «левым, демократическим, силам неизбежно придётся формировать свои, прогрессивные, версии патриотизма и отстаивать их в борьбе с патриотизмом правым — государственническим, националистическим, традиционалистским». Люди 2000-х годов рождения могут не увидеть тут параллели с типичной советской пропагандой, в рамках которой правильный советский патриотизм противостоял «неправильному» западному, а также «предрассудкам и отсталым культурам» коренных народов русского Севера и Дальнего Востока. А родившиеся в 1970-80-х годах настораживаются: что-то подозрительно знакомое. Репрессии бурятских буддистов и советский антисемитизм тоже начинались с противодействия «примитивному национализму». Да и антиколониальную борьбу украинцев легко объявить традиционалистским наци-патриотизмом.

Журавлёв и Медведев указывают на исчерпанность классических дискурсов интернационализма — либерального и ортодоксально-марксистского. Так, «интернационализм пролетариата должен органически вытекать, во-первых, из общности условий существования (индустриальное производство), во-вторых, из единства подчинённого положения в этих условиях». Действительно, из-за усиления прекариата и массовой миграции говорить об этом единстве несколько странно. К примеру, на одном и том же предприятии могут работать россиянки, от выпускниц московского ПТУ до выпускниц периферийного университета, и уроженки Средней Азии, слабо знающие русский язык и выросшие в другой культуре. Образованная работница может чувствовать себя не на своём месте и презирать сотрудниц, дауншифтерка, обедневшая из-за наркозависимости, — по привычке идентифицировать себя со «средним классом», а не с другими пролетарками, мусульманка — считать россиянок и россиян «развратными», и т.д. И это не исключение из правил, а тенденция.

Что же делать? Авторы утверждают, что глобальный капитализм, разобщив угнетённых и создав новые границы вместо того, чтобы размыть старые, привёл к запросу на создание нового национального государства. Либеральный космополитизм оказался актуален только для небольшой группы состоятельных и образованных людей, а основным массам угнетённых нужен патриотизм. Причём национал-консервативная идея для них выгоднее либеральной.

Удивительно слышать это от людей, называющих себя антиавторитариями. И что это за абстрактные угнетённые в вакууме? Фрилансер или доцент провинциального вуза могут зарабатывать меньше заводского рабочего — получается, им тоже по умолчанию ближе консерватизм, даже если у них совсем другие убеждения? А национальным меньшинствам? Тут авторы заводят старую шарманку: «У нас любой узбек советский человек, если горит душой за интересы советского народа», — то есть, простите, «новый левый патриотизм, опирающийся как на лучшие стороны советского интернационалистского наследия, так и в целом на смешение и сосуществование народов как структурный фактор развития России, — наиболее реальная возможность создать инклюзивную гражданскую нацию, включив в неё и мигрантов из стран Центральной Азии». Как это понимать? А так, что своих специфических интересов у вышеупомянутого узбека быть не должно, иначе он враг народа. Только вместо абстрактного советского народа в вакууме Журавлёв и Медведев грезят абстрактным российским.

По их мнению, конкретная почва для нового российского патриотизма — путинская «стабилизация». Если в 90-е наблюдались атомизация граждан и стремление эмигрировать в «нормальные» развитые страны, то в 2000-е возникла «новая связь с государством и определённая гордость за него, а в связи с присоединением Крыма эти чувства обостряются». Поневоле вспоминаются треды в фейсбуке, где РСД-шники в ответ на вопросы, чей Крым, писали что-то туманное и обтекаемое. «Ничей», там, или «крымскотатарский». Это выглядело подозрительно. Что ж, теперь с позицией РСД всё ясно: благодаря крымской экспансии появился запрос на новую коллективную идентичность, на патриотизм нового типа вместо архаичной реваншистской. Но путинский патриотизм — это всё-таки плохо, подчёркивают авторы. Мы, марксисты, хотим воспользоваться ситуацией и предложить народу такую же конфету, только в другой обёртке — путинский колониальный патриотизм без Путина. Народ как раз консолидируется, а массу, стремящуюся к одной цели, проще повести за собой, если у твоей партии — чёткая и внятная повестка.

Похоже, РСД собралось бороться с Путиным за народные массы, и крымнашизм нашим «неавторитариям» только на руку — объединяет электорат, который до этого страдал нездоровым индивидуализмом. Если рассказать угнетённым, что в РСД конфет больше — может, Кирилла Медведева и министром сделают. А что, вполне нормативная повестка: «Мы готовы считать и называть современную Россию своей страной и гордиться ею, но это требует пересмотра отношений между властью и обществом, в первую очередь, демократизации и социальной политики в интересах большинства». Интересно, чем собралось гордиться РСД? Православным рейдерством, колониальными войнами, пауперизацией населения, наплевательством на права человека и окружающую среду, низкими затратами на культуру? Всё это, так сказать, лицо современной России. О сохранении и расширении имперских границ авторы вежливо помалкивают, но очевидно, что о независимости отдельных субъектов федерации и освобождении Крыма и Донбасса речи не быть не может, иначе реалполитическая карьера товарища Медведева закончится, толком не начавшись.

Февральские тезисы подкрепляются отсылками к французской исследовательнице Карин Клеман: «патриотизм стал массовым настроением непривилегированных социальных групп, которые с опорой на патриотическую риторику сегодня критикуют элиту и власть». Отличный аргумент. Группы славянских язычников и неофашистов тоже, знаете ли, критикуют власть, которая якобы допустила разгул христианства, феминизма, ЛГБТ, чайлдфри и понаехавших, а также слишком поздно завоевала Крым. «Не надо лить помои на страну, в которой ты живёшь, — уважительно цитируют авторы одного из информантов Клеман. — Если чем-то недоволен, то возьми и что-то изменяй, работай». Отсюда недалеко и до консервативной риторики с её истерическим концептом «национал-предательства». Уехал — предатель, критикуешь — предатель, надо молча сидеть в своём углу и вкалывать. Собственно, а почему бы не подвергать Россию резкой критике? Именно коренной россиянин может это сделать максимально жёстко, потому что знает эту страну лучше любого иностранца. И почему люди, которые мечтают эмигрировать, но пока не накопили на ВНЖ, обязаны заткнуться в угоду нашим апологетам неосоветизма? РСД же за свободу слова, разве нет?

Итак, «новый патриотизм может быть органической идеологией местного активизма», и эта идеология, безусловно, просоветская — левый патриотизм «принимает советский проект в целом, опираясь на его символические вехи (Октябрьская революция, победа в ВОВ, полёт Гагарина в космос)». Авторы подчёркивают, что это не антиэтатистский, в отличие от анархо-либеральных, а также либертарианских аналогов, проект. То есть на анархо-коммунистов, которые не восторгаются СССР, вешается ярлык «либералов». «Кольта» есть «Кольта», и её поправения и лоялизма в России только слепой не заметил, но совесть-то надо иметь, господа, ах, простите, товарищи Журавлёв и Медведев?

Что там с феминизмом и ЛГБТ? А вот что: «Гендерная повестка также должна быть артикулирована в сегодняшней России не через дискредитированные и абстрактные концепты толерантности и «европейских ценностей», а через обращение к прогрессивной стороне национальной истории, связанной с раннесоветскими преобразованиями в гендерной сфере». Мы это уже проходили, спасибо. «Наша советская женщина — прежде всего мать и труженица, а не какая-то буржуазка: обойдётся без качественной гинекологии и контрацепции, тампонов, нормального обезболивания при родах и абортах. Наши бабки в поле рожали — и ничего». Такова была позиция совка, жестоко высмеянная редакцией феминистских журналов «Мария» и «Женщина и Россия», автрисы которых, Наталия Малаховская, Татьяна Мамонова и Татьяна Горичева, подверглись репрессиям в конце 70-х. Вот вам и советское равноправие без гнилой западной толерантности.

В общем, очевидно, что РСД легло под Кремль, и сотрудничество с этой «прогрессивной» организацией не только опасно, а чисто по-человечески противно. Тем же участникам РСД, которые искренне верят в советскую утопию, можно лишь пожелать поскорее открыть глаза.  


ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ КАНАЛ В TELEGRAM!

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • Patreon
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...