Объективизм Айн Рэнд: государство и экономика

Читать предыдущую часть

Продолжаем разбирать на части философию объективизма Айн Рэнд. В этом материале рассмотрим теорию государства и экономические учения, чтобы указать на ошибки идей американской писательницы, отстаивающей рыночный фундаментализм. Но сначала выстроим базу для дальнейшего понимания материала. Следует учитывать тот факт, что объективизм — это не анархо-капитализм, как многие склонны считать, и поэтому государство в концепции Рэнд существует. Просто его функции несколько видоизменены по сравнению с традиционным пониманием этого института.

1. Государство

В своем труде «Капитализм: Незнакомый идеал» писательница утверждает следующее:

«Надлежащие функции государства распадаются на три широкие категории, причем все они затрагивают вопросы физического насилия и защиты прав человека. Это полиция, защищающая граждан от преступников, армия, защищающая граждан от внешних врагов, и суды, разрешающие конфликты между гражданами в соответствии с объективными законами.

Эти три категории включают много производных и дополнительных пунктов, и реализация их на практике, в форме особого законодательства, бесконечно запутана. Все это относится к области специальной науки, философии права. В сфере реализации может быть множество ошибок и разногласий, но главное — осуществить сам принцип, согласно которому цель закона и государства состоит в защите прав личности.

Анархия как политическое понятие — наивная и расплывчатая абстракция; по вышеупомянутым причинам общество без государства будет отдано на милость первого же подвернувшегося преступника, который ввергнет его в хаос междоусобной войны».

Айн Рэнд предоставляет нам новые ветви власти. Предположим… Но среди троицы — полиция, армия, суды — нет законодательного органа, парламента, который принимал бы нормативно-правовые акты, и исполнительного органа, который воплощал бы предписание этих актов в жизнь. Но, как мы могли узнать из предыдущего материала, сама Рэнд считала, что закон должен контролировать соблюдение людьми морали. Как тогда должен появиться закон, если отсутствует учреждение, которое бы его утвердило? Благодаря консенсусу капиталистов? А где в этой ситуации будет находится объективность и независимость? Ведь если писательница не верит в анархию из-за «человеческой безнравственности», то как можно верить предпринимателям? Или они перестали быть людьми?

Идем дальше. Не сможет без законов функционировать и суд. Да, он должен выносить решения, основываясь на принципах права, но для этого должны существовать законы, как «карты» для ориентировки в правовом пространстве. Ну, и самое главное — в полугосударственной концепции Рэнд нарушается система сдержек и противовесов. По классике исполнительная, законодательная и судебная ветви власти не только друг друга дополняют, но и контролируют.

Стоит вспомнить первого министра финансов США Александра Гамильтона. В сборнике эссе «Федералист» в далеком 1788 году он разместил работу под названием «Определенные и разные возражения против конституции рассмотрены и отвечены». В ней он выделил две основные цели существования конституции: закрепление основоположных прав человека и системы сдерживания и противовесов в государстве, что позволило бы эти права защитить.

Конечно, все государственные органы в идеологии «радикального капитализма» являются «нахлебниками». Но именно они, разделяясь на три ветви и представляя специальные органы (полиция, национальный банк и т.д.), позволяют государству функционировать как институту. Рэнд выступает против национализации и ратует за то, чтобы большинство государственных компаний были переданы в частные руки. Но как может стать частным ЛЭП или пожарная служба? Любой корпоративный конфликт, и жители, в том числе воспеваемые авторкой предприниматели, просто не получают жизненно важных услуг. Представим себе не чайник, а систему искусственного дыхания в больнице без электричества.

То есть монополии на некоторые службы и товары являются естественными для самосохранения общества. Практически их невозможно передать в частные руки и обеспечить конкуренцию. Однако ведь Рэнд говорит, что именно абсолютно свободный рынок и конкуренция поможет всем нам построить «город солнца», не так ли?

Существует категория «упоротых» рыночных фундаменталистов, которые предлагают и армию с полицией заменить частными структурами. Смоделируем ситуацию. Вот сидит себе предприниматель, никого не трогает. К нему приходят жовиальные казаки и говорят: «Дорогой Петр Степанович, нам необходимо, чтобы ты с этого района куда-то подальше переехал». Петр Степанович говорит: «Господа, господа, да как вы смеете? Это конкуренция. Все будет по-честному. Развитие и прогресс!»

На следующий день борзый предприниматель находит лишь пепел от своей конторки. Он идет жаловаться в полицию, только вот полиция содержится на частные деньги и работает по своему «плавающему» прайсу. И казаки ей принесли большую сумму, нежели может предложить Петр Степанович. Побеждает рынок, и честный бизнесмен идет ни с чем домой. Если у него, конечно, остался дом.

Или у Петра Степановича есть частная охранная компания. Но бандиты, которые к нему наведываются, тоже не дураки, и их частная охранная компания попизже будет. В результате мы получаем «войну всех против всех» в стиле суровых 90-х.

Хвилинка-цікавинка! Айн Рэнд определяла функции государства, основываясь на идеях Адама Смита. В своей работе «Исследование о природе и причинах богатства народов» Смит выделил три основные функции государства:

«Первой обязанностью государя является защита общества от насилия и посягательства со стороны других независимых обществ; Вторая обязанность государя, а именно — защита, насколько это возможно, каждого члена общества, от несправедливости и притеснения его другими членами общества, или обязанность установления точного отправления правосудия; Третьей и последней обязанностью государя или государства является основание и содержание таких общественных учреждений и таких общественных работ, которые, будучи, может быть, в самой высокой степени полезными для обширного общества в целом, не могут, однако, своей прибылью возместить расходы отдельного человека или небольшой группы людей; поэтому нельзя ожидать, чтобы частное лицо или небольшая группа частных лиц основывали и содержали их».

2. Экономика

Любые рыночные отношения имеют базовых друзей и врагов. Благодаря Адаму Смиту и его последователям, следует считать, что конкуренция для рынка — это хорошо, а монополия — плохо. Многие юные атланты заявят, что абсолютно свободный рынок, в дела которого не вмешивается государство, является идеалом, который мы должны воплотить уже здесь и сейчас. Жаль, что они не понимают, что «абсолютно свободный рынок» — это «экономическая абстракция». К ней можно стремиться, ей можно поклоняться, в нее можно верить, но реальность будет похожа на нее весьма отдаленно.

Адам Смит считал, что монополия — суть деятельности государства. Но! государство в данном случае выступает как инструмент, а потребность в монополии возникает у самого предпринимателя. Вот слова классика:

«Люди той же профессии (предприниматели) редко собираются вместе даже для веселья и развлечений, за исключением диалога, цель которого — заговор против общественности или  какое-нибудь мероприятие по повышению цен».

То есть рыночные отношения и конкуренция порождают монополию, ведь предприниматель стремится к большей прибыли. С развитием общественных отношений, в том числе экономических, появилось множество усовершенствованных видов монополии, кроме ценовой (на которую ориентируется Рэнд): на транспортные или маркетинговые услуги, на средства производства and so on, and so on, and so on. Монополии могут появляться и внутри предприятий: на более выгодные рынки, на большую квоту в производстве и сбыте, на контрольные пакеты акций, на руководящие посты и т.д. Также не забудем олигополию — существование доминирующего положения нескольких крупных фирм на рынке (вспомним длительную историю Coca-Cola и PepsiCo).

Великий экономист Карл Маркс, в свою очередь, раскрыл противоречивое единство монополии и конкуренции:

«В практической жизни мы находим не только конкуренцию, монополию и их антагонизм, но также и их синтез, который есть не формула, а движение. Монополия производит конкуренцию, конкуренция производит монополию. Монополисты конкурируют между собой, конкуренты становятся монополистами… Синтез заключается в том, что монополия может держаться лишь благодаря тому, что она постоянно вступает в конкурентную борьбу».

Здесь стоит вспомнить работу экономистки Джоан Робинсон «Экономическая теория несовершенной конкуренции». В ней ученая пишет:

«Преобладание в действительном мире условий несовершенной конкуренции способствует возникновению тенденции к эксплуатации факторов производства и усиливается благодаря образованию крупных объединений, поглощающих многие конкурировавшие между собой фирмы… что способствует еще большей несправедливости в распределении богатства».

А вот экономист Эдвард Чемберлин, для которого «монополия являлась потерей контроля над предложением», заявил о таком рыночном явлении, как «монополистическая конкуренция», которая включает элементы как монополии, так и конкуренции.

Определение монополии исключительно как возможности предпринимателей формировать и завышать цену на товар по собственному усмотрению — несколько устарело, как мы с вами можем видеть. И решение победить монополию исключительно с помощью свободного рынка не может быть реализовано из-за постоянной «мутации» явления. На данный момент борьба с монополией основывается на работах Джона Мейнарда Кейнса, который предлагает государству оставить право вмешиваться в рыночные отношения. Хотя, опять-таки, зачастую само государство и создает монополию. Поэтому в этом деле требуется баланс и синтез.

Вспомним слова либертарианца Милтона Фридмана:

«Первым и самым назревшим шагом в области государственной политики должна стать ликвидация всех мер, прямо поддерживающих предпринимательскую или профсоюзную монополию, и беспристрастное соблюдение законов в отношении как предпринимателей, так и профсоюзов. И те, и другие должны подчиняться антимонопольному законодательству. К обоим должны в одинаковой степени применяться законы, касающиеся порчи чужого имущества и препятствования деятельности частных лиц».

Что уж говорить, если страна «капиталистического рая» США в 1890 году приняла закон Шермана — хартию экономической свободы, согласно которой любые попытки монополизировать какую-либо отрасль посредством соглашений признавались незаконными и влекли за собой экономические санкции (штраф до $50 тыс.) и тюремное заключение на срок от одного года. Кстати, этим же законом наносились удары и по профсоюзам, которые рассматривались как тресты.

В целом мир свободного рынка Айн Рэнд не может существовать без вмешательства государства. И ведь мы снова возвращаемся к вопросу, что антимонопольное законодательство кто-то должен написать, а антимонопольный комитет — содержать. Но этот момент героиня материала не продумывает.

Другой важной проблемой является контроль качества товаров. Правило — «покупатель проголосует за качество денежкой» — очень плохо действует в случае фармацевтических товаров или продуктов питания, которые могут отравить и даже убить. Карманную лабораторию никто с собой не носит. Увидеть, как хранился хлеб и какими были санитарные условия производства, можно только после того, как на нем вырастет плесень. И хорошо, если это будут грибы рода Penicilliuт, а не Aspergillus fumigates. Если посмотреть журналистские расследования, то можно заметить, как в Украине после отмены санэпидем-проверок стали работать отечественные предприятия. Ради прибыли нарушаются все условия производства продуктов питания. Проверки не происходят, даром что употребление такой еды чревато ударом по общественному здоровью.

В итоге политэкономическая концепция Айн Рэнд вступает в противоречие сама с собой. Она желает упразднить функции государства и при этом допустить на рынок монополию. И если это утверждение еще можно было оспорить во времена написания сочинений Рэнд, то сейчас, когда монополия имеет самые разные формы, а экономисты соглашаются с необходимостью регулирования, противоречивость и ограниченность экономической части объективизма очевидна.

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...