Якуб Врублевский: «Ультраправые пообещали, что не допустят Майдана в Варшаве»

В Польше продолжаются протесты против правоконсервативного правительства, по масштабам беспрецедентные за последние двадцать пять лет. Редакция Нигилист.Ли расспросила о происходящем активиста Союза синдикалистов Польши (ZSP) Якуба Врублевского.

В чём причины такой оглушительной победы партии «Закон и справедливость» (PiS) на выборах? Экономическая ситуация в Польше относительно неплохая, откуда тогда взялась внезапная любовь к правым популистам?

В Польше неплохая экономическая ситуация? Если польскую зарплату получать в Украине, то точно неплохо. В Украине за польскую зарплату можно есть, пить, и всё равно останется полный кошелёк, но в Польше та же сумма практически ничего значит. По оценкам, до трети работников – в основном молодых, но эта проблема становится актуальной и для старших – трудоустроены на «мусорных» условиях.

В ZSP обращаются даже работники крупнейших бюджетных предприятий, трудоустроенных по трудовым договорам, не предусматривающим права на отпуск и медицинскую страховку. Плата за жильё очень высока. Среднестатистический рабочий не может самостоятельно снимать жильё в Варшаве. Он должен делить её с кем-то другим, но даже и так он отдаёт за аренду половину своих доходов, если получает минимальную зарплату. У нас очень высокий процент рабочих, которым грозит крайняя бедность.

Знаю такую историю: девушка делила жильё с парнем, они расстались, и он выехал из квартиры. На протяжении месяца, пока не нашла другого жильца, она питалась только киселём, потому что всю свою зарплату отдала за аренду жилья, и к тому же вынуждена была потратить сбережения. За последние годы от нас уехало более 2 млн трудовых эмигрантов. Кроме того, нас ждёт коллапс пенсионной системы. Поколение моих родителей уже знает, что получит намного меньше, чем рассчитывали, а моё поколение не надеется ни на какие пенсии.

При этом у нас самые низкие затраты на оплату труда в Европе, очень низкие налоги, предприниматели платят в фонд социального страхования взносы меньшие, чем работники на «мусорных» договорах, а собственники недвижимости благодаря доброте нашего Конституционного Суда не связаны никаким регулированием арендных ставок. Они могут поднимать их когда угодно и насколько угодно. Пропаганда нам твердит, что экономическое развитие в Польше – это череда сплошных успехов.

Люди, верящие этой пропаганде, признают: либо со мной что-то не так, либо должны быть какие-то «они», ответственные за моё положение. И тут появляется PiS и начинает говорить о заграничном капитале и западных банках. Правда, потом они делают министром экономики руководителя банка, контролируемого зарубежным капиталом, и вообще приводят в правительство массу неолибералов, но проблема людей, склонных к конспирологии, в том, что логика им не нужна.

Они умудряются одновременно верить, что всему виной коммунисты и нужно больше свободного рынка, и считать, что всему виной свободный рынок и нужно социальное государство. В то же время социальные обещания PiS – это чистый популизм, обращённый к среднему классу и даже в декларациях никак не транслируемый в улучшение жизни рабочих.

Например, они хотят в обязательном порядке включать в трудовые договоры пенсионные взносы, чтобы залатать бюджетную дыру в пенсионной системе. Но не хотят туда включить медицинское страхование. То есть, сдавай деньги на пенсию для тех стариков, которые за нас голосуют, но сам не имей право на медицинскую страховку.

Отдельный вопрос – это то, что за PiS проголосовали 37%, но от проголосовавших. Явка, как обычно, составила 50%, что означает, что эту партию поддерживает лишь 18,5%. Это не оглушительная победа и никакая не радикальная перемена. Просто после катастрофического правления [Гражданской] Платформы, оторвавшейся от действительности, за неё никто не хотел голосовать. А нашлись такие, кто назло Платформе проголосовал за PiS или за Кукизов. Платформа совершенно проигнорировала кампанию, потому что была уверена в своей победе. Ну, и просчиталась.

Я по этому поводу не плачу – считаю, что хорошо, что у PiS большинство, и они не должны заключать коалицию с фашистами, которых Кукиз провёл в Сейм в одном пакете с собой и Лироем (старым рэппером). А даже если бы они вошли с ними в коалицию, то не имели бы конституционного большинства. Они не могут сваливать вину на партнёра по коалиции, как делали это во время своих предыдущих правительств: у них свой президент, они контролируют крупнейший профсоюз. Думаю, что после нынешнего правительства за них не будут голосовать лет двадцать, а не восемь, как после предыдущего их правления.

Почему падением популярности Платформы и запросом на популистскую политику не смогли воспользоваться левые партии?

Ответ на этот вопрос очень прост. До последних выборов в Сейм не было никакой левой партии. Можно вспомнить какие-нибудь дискуссионные кружки вроде Польской социалистической партии или пародии на левые партии, как Польская партия труда Петра Иконовича. Эти две по сути были наполовину правыми группами.

Неоспоримым лидером первой был некий Богуслав Зентек, который считался крайне левым, одновременно позируя фотографам в кожаном кресле с саблей на стене. К тому же партия была наводнена бывшими неофашистами, занимавшими в ней высокие должности. Во время последнего участия партии в парламентских выборах из её рядов баллотировались люди, которые сегодня строят «Змяну».

В свою очередь, Иконович сам виноват, что совершенно не занимался строительством долгосрочного политического движения. Конкретные люди покинули его практически на старте партийного строительства. Потом в сговоре с Пискорским вице-председатель партии устроил раскол и увёл половину партии в «Змяну». Последними нормальными леваками, остававшимися там, были троцкисты из «Рабочей демократии», издавшие такое заявление.

Ещё больше активистов, видимо, вышли из этой партии, когда Иконович начал публично выступать в поддержку беженцев, из которых сейчас делают козлов отпущения за всё зло мира, как из евреев в 1930-х. Созданная недавно партия RAZEM – первая психически здоровая левая партия за долгие годы.

Не буду сосредоточиваться на критике этой партии, потому что это тема для другого разговора, но обращу внимание на один факт. Сегодня политический дискурс в Польше исключает любую левизну. Ни в СМИ, ни в публичном дискурсе нет места какой-либо критике неолиберализма.

Культ предпринимателей и презрение к трудящимся прививается ещё в школе: есть предмет под названием «основы предпринимательства». Похожее содержание транслируется и в лекциях по обществоведению. Можно, конечно найти учителя, критикующего содержание учебника. Кто-то может сказать: совсем недавно твой товарищ был на телевидении и раздал много интервью.

Да, но левых, а тем более анархистов показывают очень редко по сравнению с, например, лидерами Национального движения, которое на выборах еле набрало 1% голосов. И даже если нас показывают в контексте борьбы квартиросъёмщиков за свои права, то делают это так, чтобы не было видно, кто мы такие. Показывают «какой-то там Комитет защиты квартиросъёмщиков» или «поляков, борящихся с судебными приставами», и в лучшем случае где-нибудь на фоне в кадр попадёт красно-чёрный флаг.

Другое дело, что под конец парламентской избирательной кампании кто-то сопоставил, сколько эфирного времени досталось каждой партии. Все партии, включая только что созданную «Современную» партию Рышарда Петру, получили каждая более десяти или даже по несколько десятков часов, а у RAZEM было… восемь секунд.

СМИ попали в неловкое положение, потому что это было явное замалчивание партии, выставлявшей кандидатов по всей стране, а не в одном только регионе. Ну и устроили теледебаты со всеми партиями, имевшими кандидатов во всех округах. Партийные боссы съехались на лимузинах, Зандберг из RAZEM приехал на метро, зашёл в студию со своим активом, но без собственного лакея, который должен поправлять галстук и подавать стакан с водой. Поговорил немного о налогах, привилегиях предпринимателей, и внезапно – истерика. Поддержка RAZEM, согласно опросам, выросла с 1% до 4,5%. СМИ так испугались, что начали писать о новых коммунистах, разыскали фото Зандберга в футболке с Марксом и пытались подвести это под статью о запрете пропаганды тоталитаризма.

Кампанию возглавил некий Рышард Гольцер из Newsweek. Он написал статью о том, что неизвестно, кто такой Зандберг, потому что о нём ничего нельзя найти в интернете, а значит, это подозрительное лицо. Как будто задача журналиста не заключается в том, чтобы искать такую информацию и выяснять, почему лидеры внепарламентской левой, активные на протяжении многих лет, были полностью вытеснены из СМИ. Он начал анализировать программу «Молодых социалистов», которые уже не являются действующей организацией, вытаскивать заявления её членов, сделанные много лет назад, и сравнивать с программой RAZEM.

Написал об этом в открытом письме Зандбергу, требуя ответа; письмо было опубликовано за час до наступления предвыборной тишины, когда политикам запрещено делать публичные заявления или агитировать. Они знали, что даже если он сумеет написать ответ, его никто не опубликует. Самым красивым аргументом было утверждение, что только Платформа может остановить PiS. Очевидно, ничего не вспомнили о программе Платформы. Не заметили фашистов в списках Кукиза. А после выборов? Зандберг уже хороший, сделали с ним интервью.

В свою очередь, правая пресса начала писать, что SLD во главе с Миллером была лучше, чем непредсказуемый RAZEM. Да-да, правые скучают по настоящим посткоммунистам из SLD.

За беспрецедентной электоральной победой PiS последовали такие же беспрецедентные по массовости протесты. Каково реальное соотношение сил и настроений в обществе?

А разве это беспрецедентная победа? Нет, это то, чего мы ожидали уже несколько лет, мы знали, что это произойдёт в конце концов, пока жив Качиньский. Вопрос только когда.

Протесты грянули, потому что PiS начал практически сразу после выборов вытворять всё то, что описано в зарубежных СМИ. На критику они отвечали: это наше правительство, так что не вмешивайтесь; наши избиратели довольны. Мацеревича сделали министром обороны, хотя утверждали, что он вообще не войдёт в правительство. В PiS есть такая традиция: перед выборами прятать Мацеревича, чтобы он ничего не говорил, потому что он их слишком компрометирует.

Это очень яркий и важный персонаж польской политической сцены. В молодости он был анархиствующим леваком. Во времена ПНР он был в окружении Михника и Куроня, участвовал в создании Комитета защиты рабочих. Позже сменил взгляды на правые. В 2001 году был избран в Сейм по списку Лиги польских семей, из которой вышел после конфликта с Гертыхом. Впоследствии сблизился с PiS. Известен взглядами, в основе которых лежат теории заговора, и похоже, что был таким всегда. Везде видел засланных агентов, заговоры, а сейчас он является главным идеологом теории, согласно которой авиакатастрофа, в которой погиб в т.ч. Лех Качиньский, была организована Путиным, который хотел, чтобы власть в Польше перешла к Платформе.

Раскаявшийся анархист Мацеревич

Раскаявшийся анархист Мацеревич

Когда выяснилось, что Дуда, известный только тем, что он не Качиньский, способен победить на президентских выборах, то Качиньский и сам спрятался и выставил свою заместительницу Шидло. После выборов Мацеревич не успел выйти из бара, как сразу стал главой силового ведомства. Лично я считаю, что такой фрик на посту министра обороны в стране ЕС – это главная мечта Путина. Он может сделать для него намного больше, чем любая агентура на ставке.

Они также сразу взялись за Конституционный суд, за СМИ и т.д. Ещё раньше они ликвидировали должность правительственного уполномоченного по противодействию дискриминации, посчитав это излишеством. Сейчас хотят ограничить полномочия омбудсмена, потому что это единственная публичная должность, на которую они не имеют влияния. Его только-только выбрали, а срок полномочий – 5 лет. У этой истории интересный контекст: кандидаткой PiS на эту должность была Зофия Ромашевска (оппозиционерка во времена ПНР), которая накануне этих выборов публично заявила, что гомосексуалы это “ненормальные” люди, а Адам Боднар (нынешний омбудсмен, бывший вице-президент Хельсинского фонда прав человека) пользуется в среде ЛГБТ большим уважением.

Сейм под покровом ночи выбрал пять новых админов фейсбука

Сейм под покровом ночи выбрал пять новых админов фейсбука

Конечно, PiS знает, что таким путём не завоюет большей поддержки. Им важно показать, что они стоят выше закона и что им до жопы, что об этом думают остальные 80% людей, которые за них не голосовали.

Что касается реальных настроений в обществе. Как я говорил, большинство сильно настроено против PiS. Например, лечение бесплодия методом in vitro поддерживает 76% населения. Против выступает PiS и Церковь, говорящие, что “значительная часть общества этого не приемлет”. Очевидно, их интересует только мнение избирателей PiS, из которых большая часть поддерживает in vitro. Похожие манипуляции происходят и в вопросе отношений с Церковью. Звучат заявления, что 99% поляков католики, хотя доля крещёных составляет 85%. Не учитываются крещёные неверующие, да и вообще тот факт, что огромное большинство хочет отделения религии от государства и является намного более либеральным.

Опиши политический портрет участников протестов. Какие силы там доминируют? Какие настроения преобладают в толпе?

Эти протесты, к сожалению, не являются никакой альтернативой. Там доминирует поддержка предыдущей команды либо поддержка Рышарда Петру, который мне лично напоминает восточных олигархов. Его предложения экономических реформ напоминают мне экономическую систему России, а его лицемерие вообще не скрывается. В имущественной декларации он написал, что имеет жильё площадью 60 кв. м стоимостью 100 тыс. злотых. Все знают, что это ложь, потому что за жильё вдвое меньше по размеру в Варшаве нужно заплатить в два с лишним раза больше. А здесь речь, очевидно, о пригороде. Его фонд также арендует офисы в здании, принадлежащем посольству КНДР, что незаконно. На странице Комитета защиты демократии даже выкладывают цитаты Бальцеровича.

Факт, что протесты раздуваются СМИ, которые никогда бы не поддержали, например, протестов против реприватизации жилья, которая касается огромного количества людей в Польше и имеет драматические последствия. Вчера, например, в Лодзи выселили женщину в пижаме и сказали ей идти греться в торговый центр. Никто также не протестовал ни против абсурдных решений Конституционного суда, ни против того, что полезные для общества решения Конституционного суда сливались правительством Платформы. Крупнейший протест КОД в Варшаве собрал, судя по всему, аж 50 тыс. чел. Наиболее популярными кричалками были: “Долой Качура”, “Шило в мешок” или “Вырвать Рощу с корнями”. Беата Кенпа [Kępa, роща] – глава канцелярии премьера. Это фигура, которую не смог бы придумать Монти Пайтон, а у нас она политик первого эшелона.

Если говорить о КОДовцах, я не чувствую к ним ненависти, потому что большинство из них – люди, понятия не имеющие, в какой стране живут. Они проснулись только когда пришёл PiS. Но я не возлагаю на них надежд. Им есть что терять, поэтому они не будут бороться так, как на Майдане. Кстати о Майдане: ультраправые пообещали, что не допустят Майдана в Варшаве, и организовала контракции против КОД. Организация “Национальная заря”, являющаяся пародией на греческую “Золотую зарю”, собрала человек тридцать, в том числе того фрика из Вроцлава, который сжёг чучело еврея.

"Всех, кто называет нас нацистами, я бы отправил в Аушвиц в печь"

“Всех, кто называет нас нацистами, я бы отправил в Аушвиц в печь”

Какое место вообще занимают ультраправые в этой всей истории?

Они пережили серьёзный кризис. Пройдя в Европарламент, Корвин-Микке прыгнул выше своей головы. Национальное движение (Ruch Narodowy) утомили избирательные кампании, а уступки разочаровали большую часть футбольников и неонацистов. Во время этого упадка началась травля беженцев. Сначала всё, что они могли – это марш в Варшаве на сто человек максимум, но когда их дело поддержал консервативный истеблишмент, они расправили паруса. Политики PiS и президент начали использовать риторику родом из Третьего рейха.

Они это делали, потому что не несли непосредственной ответственности за коричневую волну, но каким-то чудом собирали голоса сторонников националистов. Национальное движение в определённый момент даже перестало атаковать PiS и полицию, дошло даже до приглашения Дуды на Марш Независимости [аналог украинского 14 октября и российского 4 ноября] и представления полиции как защитников цивилизации от беженцев. Хитом стала отправка из Ченстоховы какой-то реликвии для венгерской полиции, чтобы она их защищала от ислама. Отсюда и отсутствие драк на последнем марше, связанное с поворотом к открыто расистской риторике.

Лично я немного сочувствую лидерам крайней правой. Они не любят PiS, но все их сторонники сейчас переживают медовый месяц с новой властью. Вопреки позиции Винницкого [лидера Национального движения], они даже поддерживают закон о полицейском надзоре в интернете, говоря, что при Платформе это была «коммуна», но теперь дело нужное, потому что иммигранты.

Правда, никаких иммигрантов в Польше нет, а когда какие-то и появляются, то сразу едут в Германию. А та небольшая горстка арабов или индусов, которые живут здесь под двадцать лет, говорят, что не узнают этой страны, которая изменилась на протяжении месяца. Как я говорил, за это надо сказать спасибо нашим журналистам во главе с директорами телеканалов, которые не несут никакой ответственности за происходящее.

Ультраправые сейчас играют роль пушечного мяса для правительства в гораздо большей мере, чем когда-либо. Как радикалы, мы с их стороны не ощущаем опасности для себя, но очень тревожимся за общие нравы всего политического спектра. Оказалось, что красиво одетый фашист не является таким объектом презрения, каким был, например, депутат от «Самообороны», когда она существовала. Это было лишь потому, что депутаты от «Самообороны» были крестьянами без образования. Часто богатыми, но всё равно крестьянами.

Чем сейчас занимаются польские левые разных цветов и градусов радикализма?

RAZEM занимается поддержанием жизнедеятельности партии. Мотивировать актив на участие в избирательной кампании это не проблема, но создать функционирующую партию требует больших усилий, а именно это было на уме у нынешних лидеров RAZEM и у меня, когда мы вместе были участниками «Молодых социалистов».

За пределами RAZEM левые переживают кризис идентичности. Они делятся на тех, кто, когда у них что-то не получается, меняют тактику, и на тех, кто впадает в политическую депрессию и у них едет крыша. Примером может быть появление активистов, жаждущих Сталина, и наличие разных мнений о том, как к ним относиться.

В довольно хорошем состоянии находится антифашистское движение. Когда Национальное движение было на коне, антифашисты говорили: раз мы в глубокой жопе, любое изменение может быть только к лучшему. Ну, и они действуют. Недавно организовали спонтанный антирасистский протест в Варшаве, в ответ на избиение индуса. Его избила большая группа фанатов «Легии», которые известны ультраправыми взглядами и тем, что избить вдесятером одного взрослого сильного парня или выбросить из едущего поезда какую-то панкушку-тинейджерку — это всё одинаковая честь и доблесть в борьбе за Великую Польшу.

Когда индусы пошли писать заявление в полицию, там им сказали, что такие вещи в Польше это норма, и что пусть лучше возвращаются домой. Когда мы организовали протест, его поддержал Newsweek, но бойкотировала Gazeta Wyborcza. TVN сделал сюжет в такой тональности, что непонятно, было ли какое-то избиение, ведь полиция говорит, что никаких заявлений не было.

Сейчас правые начали говорить, что это ОЧЕРЕДНОЕ (!!!) «вымышленное» избиение. Когда мы наделали шуму, приехала полиция извиняться перед ними. Несмотря на то, что это был скандал, против которого протестовали 500 человек, в СМИ не было об этом никаких репортажей. Варшавские антифашисты способны независимо от остальных окололевацких групп собрать толпу, если протест касается чего-то конкретного.

Я не могу ничего сказать о деятельности феминисток или квиров, поскольку не знаком с этими группами, но знаю, что они не так маргинальны на радикальной сцене, как кажется на первый взгляд. Помню, была анархиствующая феминистическая группа, которая установила контакты с местными жителями там, где у них был свой центр. Но не знаю, что у них делается сейчас.

Главным полем действия крайних левых и анархистов на протяжении последних лет была джентрификация и коммунальные проблемы. Из-за выборов эта деятельность немного просела, и сейчас все задействованные в этом группы пытаются её восстанавливать. Я состою в ZSP, которая в прошедшем году пополнилась новыми членами, организовавшими две стачки.

Сейчас мы заняты менее масштабными трудовыми конфликтами и судебными процессами, которые против нас открывают работодатели. На данный момент также продолжается мобилизация анархистских групп против закона о полицейской слежке. Изначальный толчок был из Силезии, но демонстрации организовали также во Вроцлаве, Кракове и Варшаве. Советую следить за страницей http://bezkarnoscpolicji.info/. Там должно быть освещение дальнейшего развития событий.

Откуда появились внезапные симпатии PiS к путинской России? Ведь польские правые её традиционно сильно не любили.

Вы уже сами прекрасно описали эту проблему. Нужно понимать, что PiS под руководством Ярослава – это не тот PiS, который был под руководством обоих близнецов. Покойный Лех был намного более либеральным и не терпел многих вещей, которые подспудно присутствовали в его группе и у его партнёров по коалиции. В Польше огромный уровень русофобии совмещается с обожанием Путина, который боролся с бандеровцами и гнобит геев. Даже ПиСовские газеты хвалили антигейские законы в России и приговор Pussy Riot. Роман Гертых, сегодня притворяющийся демократом, а ранее являвшийся главным националистическим идеологом, ещё в 1990-х писал, что Россия будет оппонировать масонскому Евросоюзу, против которого он боролся. Хотя сейчас он утверждает, что всегда был за ЕС.

Лидеры PiS не являются любителями Путина, но они уважают его как держиморду и очень политически грамотного консерватора. Это враг, которому завидуешь, потому что самому хотелось бы быть таким. Отношение как у Марьяна Ковальского (кандидата в президенты от Национального движения): он пугает агентами Путина, после чего говорит, что сам будет польским Путиным, потому что будет твёрдо защищать интересы своего народа.

Путинофилами в продвинутой степени, в то же время, являются многие ПиСовцы второго эшелона и бывшие деятели Лиги польских семей, которые в отличие от Гертыха пошли в PiS. Совершенно некритичны в отношении России также публицисты Радио Мария, которое является не столько радиостанцией, сколько общественным движением, возглавляемым монахом-бизнесменом, имеющим собственные СМИ и собственный университет.

В целом, я считаю, что PiS это консервативные дурачки, не понимающие, что если ты против России, то нужно быть заодно с Западом, который является либеральным, а не консервативным. А они хотят и рыбку съесть, и не подавиться. Боюсь, что они превратят эту страну в малозначащий закуток, возглавляемый карликом с саблей, от которого отворачивается Запад, но которым интересуется Россия.

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • SKRILL.COM: [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...