Нігіліст

Марш УПА – это традиционный смотр сил для украинских ультраправых, примерно так же как Первомай – для леваков. В этот день на улицу выходят даже не активные в течение всего года “диванные” националисты. По численности Марша УПА, по его лозунгам, его освещению в СМИ можно судить о состоянии ультраправой сцены.

Не оправдались мрачные (и вполне реалистичные на фоне общего патриотического подъёма) прогнозы об окончательном идеологическом слиянии либералов и националистов. Сейчас они дальше друг от друга, чем год назад. На марше не было толп либералов и аполитов, численность по оценкам большинства источников кроме прокремлевских и совсем уж ура-патриотов – меньше чем в прошлом году. Это, конечно, не говорит о том, что украинские политики внезапно обзавелись политической чистоплотностью, отнюдь, заигрывания многих либералов с “Азовом” говорят об обратном. Просто ультраправые – сила крайне неудобная, непредсказуемая, опасная и довольно-таки глупая, даже по скромным меркам украинской публичной политики. От тотальной зачистки правый фланг спасает разве что продолжающаяся война. Но рано или поздно она закончится, так что от нацистов лучше держаться подальше.

Нарастает социальная напряженность и, что немаловажно в текущих условиях, недовольство в армии. Если это продолжится, усилившиеся военные рано или поздно могут попробовать опрокинуть режим, а попавшие в опалу ультраправые могут усилить их, дав идеологию. Тогда “хунта” смогла бы стать реальностью. Такое сочетание могло бы стать опасным для самой системы буржуазной демократии. Поэтому сильно злить правых власть тоже не хочет и даёт им символические подачки, пытаясь выдержать баланс между кнутом и пряником.

Фарс со “штурмом Верховной Рады” вполне может быть провокацией Медведчука, как утверждают многие СМИ, но не стоит рассматривать его лишь под этим углом. У наци своя игра, которая не ограничивается “созданием картинок для Киселева”. Азефовщина в ультраправой среде является частью политической культуры: и Свобода, и Ляшко брали деньги у регионалов, что не помешало им в удобный момент укусить кормящую руку уже по-настоящему. Штурм является в том числе и пробой сил со стороны неонаци, они прощупывают почву: будет ли поддержка, будет ли солидарность общества с задержанными, как напишут об этом СМИ, какой будет реакция военных и добровольческих батальонов? Пока что тест провалился, “коричневый октябрь” кажется не особенно реальным. Но если ситуация будет ухудшаться – симпатии масс могут стремительно измениться, как это уже не раз происходило.