«Наруто»: особенности право-консервативного аниме

Есть мнение, что в японском мультсериале «Наруто» (2002-2017) прослеживаются ценности, близкие к левым и даже анархистским. Может ли популярная франшиза в наше время быть левой, отдельный вопрос, но что касается «Наруто» — и аниме, и манга Масаши Кишимото носят глубоко право-консервативный характер. Конечно, это умеренный, неопатриархальный консерватизм: что-то более мрачное и кондовое молодёжная публика не выдержит. Своего рода альт-райт с шиноби и феодалами в альтернативной Японии смешанных эпох.

Зрители, сравнивающие главного героя с христианским мессией (именно поэтому, считают некоторые из них, аниме стало популярным в постсоветских славяноязычных странах), путают два вида мессианства. Если проанализировать мифологическую составляющую аниме по методу Джона Кавелти, становится очевидно, что автор сталкивает двух спасителей: Наруто, аватару нового Будды, и Пейна, даже внешне напоминающего Христа на кресте. Трубки для передачи чакры в его теле — отсылка к гвоздям, которыми прибили Иисуса. Пейн, один из главных антагонистов, пытается принести людям мир через боль, а это христианская догма. Не в силах двигаться после травмы, он издали руководит несколькими воскрешёнными покойниками, которые лишены субъектности и являются его воплощениями, т. е. он един в нескольких лицах. До того, как взвалить на себя сомнительную миссию, Пейн носит японское имя Нагато, а затем берёт англоязычное: нет ли тут аллюзии на «предательство корней» азиатскими христианами, для которых вестернизация стала дверью в новый «прогрессивный» мир?

Наруто, истинный Майтрейя (Будда будущего) — носитель идеологии воинственного дальневосточного буддизма, вроде риндзай-дзена, только слегка упрощённого. Он объясняет Пейну, что тот неправ, и его методы ведут не к прекращению войны, а к её форсированию. Тогда Пейн, став как бы антиподом Христа, воскрешает всех убитых и умирает сам. Его самого позже всё-таки воскресят — в издевательской арке о третьей мировой войне шиноби, — но ненадолго.

Кто применяет запрещённую практику нечестивого воскрешения и проводит сложные научные эксперименты над людьми и животными? Конечно, антигерои: от бунтарей Орочимару и Кабуто, которые трансплантировали себе гены рептилий, до юной исследовательницы Карин и безымянных ниндзя из арки о морском путешествии. Вполне консервативная идея: быстрое развитие науки оборачивается злом, а хорошие герои исцеляют раненых с помощью природной жизненной силы — чакры. Один из приспешников Орочимару — доктор, пересаживающий девочке-подростку жабры. Внешность героини меняется, она вынуждена прятаться под бинтами и становится изгоем, но главное — эти модификации по умолчанию делают её пешкой антагонистов.

В мире Наруто существует техника призыва гигантских животных — живого оружия. Попытавшись вывести на острове идеальное «призывное животное», учёные создают чудовище, способное только убивать и жрать. «Естественные» животные призыва, в отличие от него, разумны и сами обучают людей.

Мадара, Обито и Дандзо, сложные, но несущие, в основном, отрицательную нагрузку персонажи, поднимают бодимодификацию до нечеловеческого уровня: присоединение клона-инопланетянина к оторванной части тела, вживление в руку волшебных глаз, убивающих противника, и т.д. Все эти герои побеждены Наруто-Майтрейей, которым движут сила духа и природа.

Бодимодификации делают глуповатого паренька Обито Учиху, мечтавшего стать Хокаге (главой Деревни Скрытого Листа), но не имевшего к этому способностей, гением, но они же его и губят. Он приобретает спиральное самовосстанавливающееся тело и возможность временно дематериализоваться, но это делает его не вождём, а фигурой на шахматной доске прадеда Мадары, которым, в свою очередь, руководят совсем уж хтонические силы.

Ближе к финалу и в продолжении аниме антисциентистский накал ослабевает: для Наруто создают руку-протез, а в «Боруто» появляются приметы современной цивилизации. У «Боруто» другой сценарист, но и в этом сериале есть антигерой, подвергшийся биохимическим опытам, — Каваки. Дзиген, учёный и лидер преступной организации, покупает детей, чтобы превращать их в киборгов, чей клеточный состав постоянно меняется. Весь живой товар погибает, кроме Каваки, который предсказуемо становится противником сына Наруто — Боруто. Не обошлось и без аллюзий на европейскую мифологию: бывший вождь Ооноки создаёт фабрикатов, разумных големов. Они должны защищать людей, но бунтуют, объявив себя более совершенным видом, и героям приходится их ликвидировать.    

У положительных героев магические способности «внезапно просыпаются» — никаких лабораторий.

Опасны не только новые технологии, но и другая, внеземная, природа. Худшая врагиня — инопланетянка Кагуя с рогами как у Сатаны. Жители Деревни Скрытой Звезды находят обломок метеорита, усиливающий чакру, но он быстро истощает и убивает практиков.

Все «лабораторные бунтари» выступают против жёсткого иерархического мира шиноби с его подчинением старшим и службой даймё (феодалу), но Кишимото подчёркивает, что их протест ведёт не просто к альтернативной иерархии, а к уничтожению человечества. В предпоследнем сезоне «Ураганных хроник» выведен и другого типа персонаж — беглый ниндзя Генго, правитель Страны Тишины, называющий себя революционером. Он выступает против гнёта даймё и призывает шиноби не стелиться под феодалов и каге (военных вождей), а стать правящим классом. Генго — пародия на большевистских комиссаров, а его убедительные речи оказываются, конечно же, гендзюцу, техникой создания иллюзий. Сам он — убийца боевых товарищей, тайно копит деньги и думает только о себе.

Кишимото показывает, что риторика Генго успешно действует на изгоев и людей, плохо распознающих социальные знаки: так, одной из жертв становится друг Наруто, Сай, у которого налицо признаки вторичного аутизма. Действующая в том же сезоне воительница Соку, девочка гораздо младше Сая, хорошо разбирается в людях, поэтому не ведётся на разговоры о равенстве.

Феодалы изображены почти комическими персонажами — избалованными, оторванными от реальности. Но герои выбирают их как меньшее зло. Это лучше революций или Бесконечного Цукуёми — сна, в котором ты увидишь воплощённые мечты.

Цукуёми выглядит аллюзией на «Матрицу» Вачовски, где неподвижные люди в коконах присоединены к общей компьютерной системе. У Кишимото эта технология сливается с «иной природой»: вокруг тел обвиваются ветви Древа Жизни, созданного Кагуей. Интересно, что в наше время некоторые прогрессисты не видят в сценарии «Матрицы» ничего плохого: человек подключен к компьютеру, свободен от бытовых забот и может конструировать собственную реальность.

Бесконечное Цукуёми становится проверкой героев и героинь на субъектность. Большинство из них не настолько свободно, чтобы конструировать реальность в пространстве, выбранном по собственной воле: мужчины хотят руководить фратрией по созданным задолго до их рождения законам, женщины — быть рядом с мужчинами (как пишет одна зрительница, именно в этой арке авторы «сливают» активных героинь, которые видят в возлюбленных, сыновьях и братьях смысл жизни). Поэтому персонажам «Наруто» остаётся только пробуждение и старая игра по старым правилам.  


ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ КАНАЛ В TELEGRAM!

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...