Дело сестер Хачатурян: почему в России убить отца проще, чем засудить

Убитый дочерьми Михаил Хачатурян

27 июля в российских СМИ появилась новость об убийстве бизнесмена Михаила Хачатуряна его дочерьми, едва достигшими совершеннолетия. Адвокаты Марии, Ангелины и Крестины Хачатурян настаивают, что убийство было мерой самозащиты от тирана-отца, который много лет избивал и домогался дочерей. Сёстрам грозит до 25 лет лишения свободы. По материалам Lenta.ru, Михаил выгнал мать девушек из дома, угрожал ей огнестрельным оружием и запрещал общаться с дочерьми.

2 августа прошли первые пикеты в поддержку сестёр и продолжаются по сей день. 12 августа мы с Дарьей Большаковой вышли на одиночные пикеты в Калининграде. Дарья рассказывает, что многие обыватели не знали об инциденте вообще:

«На площади состоялось две коммуникации: ни один не знал, кто эти девочки; все выслушали. Один мужчина кавказских корней высказался в том смысле, что, мол, нахер оно надо, пикетировать то бишь, и вообще зря вы тут расселись».

Большинство комментаторов в соцсетях — на стороне обвинителей. Вот некоторые из сотен комментариев, оставленные, что характерно, мужчинами. Орфография и пунктуация оригинала сохранены:

  • «Всегда есть способ сбежать от жестоких родителей, тем более втроём. Каким бы он ни был (или стал со временем) – это совершенно не повод убивать человека, который подарил жизнь и воспитал. Их нужно судить, так как они совершили УБИЙСТВО».
  • «Так можно любого коррупционера оправдать: вот он вырос в бедной семье и ему всегда хотелось денег и его из-за нищуковости били сверстники».
  • «Убийство есть убийство, они же не оборонялись, а спланировали его, поэтому по всей строгости закона».

Источник

Какой вывод следует из суммы подобных высказываний?

Во-первых, мужчины-комментаторы не хотят понимать, что девочкам с типичной женской социализацией, подразумевающей ограничение физической активности и навязывание пассивной роли с самого раннего детства, намного сложнее сбежать от давящих родителей, чем мальчикам. К тому же, девочкам, жалующимся на родственников, чаще всего не верят, а многие полагают, что детей, особенно девочек, и вовсе следует воспитывать побоями. Мне, например, в детстве было отчётливо ясно, что жаловаться в милицию бесполезно: провинциальные милиционеры не скрывали, что сами порют детей «для порядка», и мои претензии у них ничего, кроме смеха, не вызовут.

Во-вторых, отчаявшаяся, пытающаяся защититься от домашнего тирана женщина уподобляется чиновнику-коррупционеру или насильнику, который отлавливает девушек в подъездах для забавы. Никакого логического провала патриархалы в таких рассуждениях не видят, поскольку женская самозащита в российском обществе не легитимна. Женщина должна молчать, «не провоцировать», быть послушной рабыней, и тогда господин её не тронет (на самом деле это не гарантия, что не тронет). Если избил — она виновата сама.

В-третьих, самозащита объявляется действием, которое ни в коем случае нельзя продумывать и планировать. Если отец кинулся на тебя с кулаками, можно попытаться что-то сделать, а вот если он десять лет тебя избивал, а ты мечтаешь отомстить и выстраиваешь определённую стратегию — это уже «другая история».

В-четвёртых, налицо тривиальная мизогиния. Известно, какие отзывы оставляют россияне к новостям об убийстве и избиении женщин на почве ревности. Татьяна Страхова была «шкурой, спровоцировавшей хорошего мальчика», Маргарита Грачёва «сама виновата». 23-летнюю нижегородку Майю Капустину, похищенную и убитую мужчиной, комментаторы называют «шлюхой, заслужившей наказание за откровенные селфи». «Судя по фото, эта мадам частями тела махала часто, неудивительно, что у парня голову снесло», — сообщает ВКонтакте некий Олег Козлов. Убийство мужчиной женщины за отказ в сексе — это можно понять, убийство женщиной насильника и семейного деспота — уже нет.

Что можно сделать в этой ситуации?

Подобные инциденты — логическое следствие перенесения закона о домашнем насилии из Уголовного Кодекса в Административный. Государство и общество не хотят защищать женщин, и самые смелые из них действуют самостоятельно. Мужчины не желают понять, что если они и дальше будут распускать руки, их начнут чаще убивать.

Система устроена так, что просто выпустить сестёр Хачатурян на свободу в рамках существующего законодательства невозможно. Реально только сокращение срока или смена его статуса на условный. Юридически неграмотным жестом является адресация петиции на Change.org прокуратуре. Прокуратура этим не занимается. Вторая петиция адресована просто «суду» и выглядит так: «Я хочу, чтобы решилась не только эта проблема, но и все похожие ситуации». Это практически крик души, но суд к нему вряд ли прислушается.

Чтобы проблема решилась, нужно добиваться постепенной смены законодательства и полицейской реформы. Полиция таскает людей в участок за репосты безобидных карикатур на Иисуса Христа, которому, собственно, всё равно, зато посадить мужчину за изнасилование или отца за побои крайне сложно. Девушка в огромном проценте случаев столкнётся с унизительными допросами, издевательствами и насмешками.

Мизогинные женщины, боящиеся рассердить «альфа-самцов», тоже не поддержат жертву. Мне приходилось сталкиваться с подобными ситуациями. Когда-то я изобразила героя-тирана в повести «Луна высоко», вышедшей отдельной книгой. Две литературные критикессы заявили, что «эту чернуху даже дочитывать не хочется», а некоторые читательницы — что это слишком болезненная тема, не хочется о ней читать и обсуждать её, и вообще нехорошо выносить сор из избы, а героиня мужиковатая и агрессивно себя ведёт — то есть пытается избить ногами нападающего отца, а надо было, вероятно, забиться в угол и плакать.

Поэтому решение видится в реформах «сверху»: возвращение закона о семейном насилии в УК РФ и ужесточение наказания. Россияне апатичны и зависимы от информации, получаемой из популярных СМИ (в духе «по телевизору сказали, что мы с гейропейцами боремся, значит, будет бороться с гейропейцами, а до этого как-то параллельно было»). Если изменить законодательство, будет меняться отношение к домашнему насилию.

Возможно, кое-какие изменения удастся продавить снизу. Необходимо снять стигму с образа жалующейся на домашнее насилие женщины. Это одна из задач активистов. В США тоже когда-то было совсем мало шелтеров, и доброхоты так же поучали хрупких девушек, что сбежать от здоровенных родственников — раз плюнуть. Проблема в том, что беглянка с высокой вероятностью попадёт в руки проституторов. То есть пропаганда побега в обход жалоб соответствующим инстанциям очень выгодна определённому проценту патриархалов. Чтобы этого не случилось, нужно расширять сеть убежищ.

Да, я тоже хочу жить в анархо-мире, где полиция не нужна, но пока это невозможно. Зато можно открыть анархистский шелтер, хотя бы один.

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

 

Вам также может понравиться...