Библия и чайлдфри-пропаганда

Недавно патриарх РПЦ МП Кирилл, сам детей не имеющий — во всяком случае, «официальных», — и председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе осудили идеологию чайлдфри. Те же убеждения высказывают иерархи украинской православной церкви. Протоиерей Николай Несправа апеллирует к неким размытым «традициям»:

«Если брать древнюю культуру, то семья или мужчина, у которого нет наследников, с одной стороны, считался проклятым, а с другой стороны, даже презренным. Это особенно подчеркивается у восточных народов».

Древние народы древними народами, а Новый Завет тут причём? Или язычники-финикийцы теперь высший авторитет для украинских христиан? А христианство последние долгие годы разве не западная религия? Восточные народы — это ещё и жители Непала и Тибета, где высоко ценится институт монашества, а йогины-миряне заводить детей не обязаны. И кто же, по мнению священников, оказывается в числе «духовных самоубийц»?

За мутацией государственного православия наблюдать довольно забавно. Кто читал(-а) мемуары советских диссидентов, знает, что ещё в 70-80-е православие или католичество было способом «уйти от мирского». Верующие оппозиционеры и оппозиционерки из числа творческих людей часто не заводили детей (Тамара Габбе, Тамара Корвин и многие другие). Мемуаристы констатируют: в бога верил и Даниил Хармс, который от детей принципиально дистанцировался. Православная философиня Татьяна Горичева после развода с поэтом Виктором Кривулиным полностью посвятила себя теологии, оставаясь мирянкой. Очевидно, что деторождение не входило в круг её интересов. Не рожать, чтобы сосредоточиться на духовных поисках — достаточно распространённая среди христиан поведенческая модель. До абсурда её довела писательница-авангардистка Ольга Комарова, отказавшись «ради Христа» не только от деторождения, но и от создания текстов.

Теперь православие стало мейнстримом, и его идеология в том виде, который подаётся пастве с телеэкрана, напоминает «иудаизм, только хуже». В классическом иудаизме — культ семьи и нет института монашества. Бешт мог сколько угодно времени проводить за городом в молитвах, но раз в неделю к нему приходила жена со свёртком еды. А у недохристиан болезненная фиксация на браке и деторождении словно выносит на периферию монашество, особенно монашество в миру, хотя оно вроде бы не подлежит отмене.

Похоже, это логическое завершение идеи. Российское и украинское православие всегда включало языческие элементы, оставшиеся от уничтоженных князем Владимиром религий, а теперь окончательно трансформируется в паганический культ плодородия. Но это версия для низового электората.

Мейнстримное православие — имперская элитистская конфессия, поэтому для идеологической верхушки свобода от детей сохраняется (да и вообще сексуальная свобода под прикрытием ряс, как известно от инсайдеров), а «чернь» себе такого позволять не должна. Перефразируя Заболоцкого, она обязана плодиться и день, и ночь, и день, и ночь.

Поэтому и у евразийцев, одной из самых комичных околоправославных тусовок, для элиты — традиции Южинского переулка, оргии и декадентское искусство, а для «быдла» — скрепы.

Если набрать в поисковике: «Христос был чайлдфри», всплывает много занятных обсуждений. Но Христу можно. Православные говорят: «Христос не имел детей? Но ты не Христос!»

Чтобы спокойно жить в миру, не плодясь, надо стать Христом. Напоминает пресловутое «сперва добейся», но в том-то и проблема, что богатым и известным человек чисто теоретически стать может, а вот Христом — вряд ли. Некоторые пытались и были заклеймены как еретики.

Между тем, неоднократно подмечено, что Новый Завет — антисемейная книга, см.: «И враги человеку — домашние его» (Мф.10:36). Некоторые священники, испугавшись за институт брака, заявили: «домашние» наши враги — это наши собственные страсти». Но по контексту очевидно, что Христос подразумевает домочадцев, препятствующих духовному освобождению. Юноше, желавшему похоронить отца, Иисус говорит: «Предоставь мёртвым хоронить своих мертвецов» (Мф. 8:21-22).

Антисемейную традицию и пропаганду добровольной бездетности продолжает апостол  Павел:

«Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как я. …А о чём вы писали ко мне, то хорошо человеку не касаться женщины. …время уже коротко, так что имеющие жён должны быть, как не имеющие.

Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене. Есть разность между замужнею и девицею: незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, чтобы быть святою и телом и духом; а замужняя заботится о мирском, как угодить мужу.

Говорю это для вашей же пользы, не с тем, чтобы наложить на вас узы, но чтобы вы благочинно и непрестанно служили Господу без развлечения» (Первое послание к Коринфянам, гл. 7).

Верующая девушка мне когда-то возразила, что сознание Павла было проникнуто апокалиптическими настроениями: он ждал конца света со дня на день. Но православие по сути своей апокалиптично. В Новом Завете сказано, что никто не знает, когда придёт Христос, и не было в истории человечества от Рождества Христова времён, которые не называли бы «последними».

Христианская агиография пестрит рассказами о прекрасных девственницах — замуж тогда выдавали очень рано, а шестнадцатилетние девушки почти все прекрасны, — которых домогались и язычники, и христиане, но те продолжали служить Господу. Например, Екатерина Александрийская. У Петра и Февронии не было детей, то есть нам в качестве идеала подсовывают пару не только поженившуюся благодаря шантажу, но и бездетную. А святая Ксения Петербуржская вместо того, чтобы после смерти мужа найти нового и плодиться, переоделась в мужчину и стала странствовать.

Женщин-чайлдфри с трансгендерным поведением в православии вообще полно. Один из самых известных примеров — монах Марин. Вероятно, здесь тоже сыграла роль типичная средневековая мизогиния: женщина — сосуд греха, но, переодевшись мужчиной, становится добродетельным созданием. Даже странно, что эту тему слабо проработали TERF, у которых трансгендерность по умолчанию подразумевает мизогинию.

Житие Феодосия Печёрского, изучаемое на курсе древнерусской литературы — не только образец женоненавистничества, но и фэмили-фри-пропаганда:

«Мать Феодосия у Нестора выступает как орудие дьявола. Летописец приводит рассказ, как она сопротивлялась аскетизму и благочестию сына: избивает его, сажает на цепь, срывает с него вериги, объявляет награду за его розыск, когда Феодосий уходит в монастырь». В финале мать сама уходит в монастырь и там умирает.

Будучи в прошлом христианкой, я предлагаю обратиться к библейской и агиографической чайлдфри-пропаганде как одной из важных составляющих новой православной теологии освобождения, по аналогии с католической. Чиновники, ссылаясь на Библию в попытках решить надуманную демографическую проблему, проговариваются, когда заявляют: «Дети — наше будущее». Да, дети электората — будущее чиновников: они должны обогащать власть имущих, работая за копейки и платя завышенные налоги и штрафы. Служить такому чиновнику — служить Маммоне. А истинно православного человека характеризует вовсе не стремление по-кроличьи размножаться. Если вы с этим не согласны, вы поклоняетесь не Иисусу, а кошельку и, что самое худшее, — чужому.

Поддержать редакцию:

  • Гривневый счёт «ПриватБанк»: 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • Для заграничных доноров: перевод через skrill.com на счёт [email protected]
  • Bitcoin: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • Etherium: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • Dash: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • Litecoin: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...