Путин и осажденная крепость

Максим Буткевич
putler Еще одно последствие путинской интервенции, о котором, кажется, сейчас слишком мало говорят: она стала ударом по действительно демократическим реформам и расследованию злоупотреблений предыдущего режима в Украине.

После бегства Януковича и Ко., в следующие несколько дней начали планироваться, обсуждаться, создаваться и выстраиваться новые структуры: структуры гражданского контроля за деятельностью властей, какими бы они ни были. Началось предание гласности грязных секретов предыдущей власти — чаще всего, с конкретными именами те, кто нарушал права граждан. Стало понятно, что необходимо начать расследования огромного массива злоупотреблений, или напрямую — преступлений, представителей предыдущей власти, и необходимо провести срочные кадровые изменения на разных уровнях, которые обеспечат возможность этих расследований (и называть ли это «люстрацией», или нет — было понятно, что всё должно быть проведено скрупулезно и прозрачно).

Интервенция в Крыму и действия коллаборационистов на Юго-Востоке привели к ситуации войны, в которой стала необходима внутренняя мобилизация очень разрозненных ресурсов. Психология «осажденной крепости» не предполагает радикальной структурной перестройки или жесткой, действенной критики властей. Так что многое из упомянутого выше либо замедлилось, либо поставлено на паузу.
Путин помогает, в первую очередь, конечно, никаким не русскоязычным соотечественникам — это чушь. Но он совершенно реально помогает преступникам и коррупционерам из предыдущего режима. А также — тем элементам в нынешней «власти», которые не хотят и боятся критики «снизу» и гражданского действия, желая стать новыми януковичами и новой партией регионов. Наша задача — не допустить этого, и не дать интервентам оказать им такую услугу.

Вам также может понравиться...