Вау-импульс украинской политики

Политика — это совокупность действий, направленных на получение и удержание власти. К булаве люди приходят или с помощью выборов, или с помощью насилия. И пока существует возможность выбора — будут применяться и политические технологии. Начинается история рекламщиков, пиарщиков, маркетологов и прочих продавцов лиц избирателям еще во времена Древнего Рима.

Преторы, консулы, трибуны, эдилы и прочие магистраты избирались путем тайного голосования в центуриатных комициях. Candida бродил среди народа и агитировал отдать голос именно за него. Кто-то действовал честно, говоря: «Галлия — наша» и «Всем легионерам субсидии и три литра вина». А кто-то считал, что самый умный, и просто легионеров спаивал, а мещанину Марку Туленко дарил двух лошадей, три ящика винограда и проводил канализацию.

Осознав всю глубину политических глубин, правительство империи приняло закон de ambitu, который запрещал приставать к гражданам на рынках и ярмарках, подкупать их и фальсифицировать результаты голосования. Плиний Младший признавал, что первые два правила нарушались открыто. Вследствие этого появились две древнейшие профессии: распространители (divisores) и посредники (sequestres). Первые раздавали хлеб перед выборами на главных площадях городов, вторые — узнавали личную информацию у жителей Рима: «Как дела? Как жена? Как дети?» На следующий день к опрошенным и одаренным горожанам подходил, например, Квинт Цицерон и говорил: «Друг, знаю: у тебя там жена заболела. Есть лучшие врачи у меня, я помогу. И с работой тоже… И сыну с учебой… О, а ты не знал, я в выборах буду участвовать. Хлебушек вчерашний вкусный был?»

Украина же познала прелести политтехнологий лишь в 1991 году, когда обрела независимость и партийную многогранность. Тогда юные маркетологи только изучали азы рыночных отношений в политике. Они еще мыслили определением «борьба за власть» и не обращали внимание, что все говорящие головы, желающие власти, превратились в зубную пасту. И главная задача для политтехнолога состоит в том, чтобы потребитель не обращал внимание на истинный и одинаковый у всех паст состав, а думал, что одна лечит исключительно зубы, а вторая — и геморрой в придачу.

Самым масштабной политтехнологической нае… проектом можно считать троещинское метро. Дополнительный путь для подземного вида транспорта ждали долго, даже не понимая, что его никогда не построят. Просто один юный орел вышел на балкон с сигареткой, вдохнул свежего ангидридного воздуха столицы и увидел перед собой стройку. Дал он работягам на объекте по 200 грн. и одолжил на время форму, а потом пригласил к себе молодую команду Лени-космоса и предложил на фоне металлоконструкций, бетона и прочей романтики урбаниста сфотографироваться. Потом разослал фото по газетам и написал: «Тут будет метро на Троещину».

Виктор Пилевин в романе «Дженерейшен Пи» довел идею рыночности политики до абсурда: депутаты у него не просто боролись за место в кулуарах, но и рекламировали товары.

А что, если, учитывая украинский опыт виляния хвостом собаки, вся история с Савченко и терактом была лишь медиакартинкой, с определенными целями, далеко не партийными. Ведь никто доказательств не смог предоставить. Давайте пофантазируем.

***

Это тихое в обеденную пору буднего дня кафе «Космополит». За дальним столиком, прячась от посторонних глаз, сидят четверо: трое мужчин и одна женщина воинственного вида. Компания разбилась на пары. Мужчина с залуженным лицом, трехдневной щетиной на тяжелых щеках и очками в крупной оправа, что-то бурно рассказывает соседу напротив:

— Юра, записуй внимательно: до-би-ва-ть раненых из автомата. А чем же обрушить купол, чем же его обрушить… хммм…
— Танком.
— Нет, Юра, стрельба танком по парламенту может вызвать неправильные ассоциации. Минометом. Точно, пиши: ми-но-ме-том обрушить купол парламента.

На другом же конце стола молодой мужчина в опрятной клетчатой рубашке, голубых бриджах и сером пиджачке мягким голосом говорил женщине троянской натуры:

— Когда подойдут журналисты и спросят, что у тебя в сумке, вот и она, смотри не потеряй, там мое сменное белье для тренировок, ты им ответишь вопросом: «Вы читали Бредбери?»
— Кого?
— Бредбери, солнышко, Бредбери. Был один такой. Писатель. Поняла?
— Поняла. А зачем нам эта вся затея с переворотом?
— Чтобы обратить внимание. А когда его обратят, то твоей главный фразой будет…
— Политика — это всегда ставки, словно ставки на спорт. А ставки на спорт — это большие выигрыши. А большие выигрыши — это …
— Тшшш…

Компания оглянулась.

Несвежий толстячок повернулся к женщине и поскреб щетину пальцем:

— Не можем рекламировать, пока еще не заплатили. Но ты знай, что с этими ребятами мы разбогатеем. Они свою рекламу везде пихают: в сериалы, фильмы, спортивные передачи, детские программы и даже в другую рекламу. Главное, не нервничать. И мы еще оценим красоту игры.

***

Соратники! Положение современной украинской политики не просто плачевно — оно, можно сказать, отсутствует, потому что политики почти нет. Не существует ничего, на что можно было бы указать: «Вот, это и есть СучУкрПол». СУП — это просто остаточное свечение лампы телевизора; это передачи СТБ про передачи СТБ, показанные по телевизору в пустом доме.

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

 

Вам также может понравиться...