О смерти Достияра Вахидова

14 апреля 2017 года умер Достияр Вахидов, блогер левых убеждений из Павлодара (Казахстан), похороны состоялись 18-го.

Его смерть прошла незамеченной. До сих пор многие виртуальные знакомые Достияра думают, что он «куда-то пропал» или решил временно уйти из соцсетей.

Вахидов родился 24 декабря 1981 года. Он окончил исторический факультет Томского государственного университета им. Потанина и Школу телевидения при МИТР Останкино по специальности «режиссёр телевидения». Работал в Павлодаре монтажёром, дизайнером, видеотехником. Затем обострились проблемы со здоровьем, но парень продолжал искать работу. Семья некоторое время бедствовала — отец после развода не помогал.

Достияр был разносторонне талантлив: знал русскоязычную авангардистскую поэзию, сам писал интересные стихи, которые, к сожалению, трудно найти в интернете. На него в своё время повлияло творчество Алексея Шепелёва и группы «Общество Зрелища». Впечатления безвольного страдальца он не производил: это был человек с отличным чувством юмора, склонный к самоиронии. Но однажды любое терпение заканчивается, и, вероятно, Достияр решил, что унизительное выживание на копейки — не для него.

Его мать написала в открытом посте:

Родные и близкие, спасибо вам… За то, что вы не осудили моего сына за преждевременный уход из жизни. За то, что в этот «экономически трудный» период вы безвозмездно давали мне материальные средства на организацию похорон моему так и не получившему работу сыну.

Ведь именно отчаяние, осознание им невозможности быть востребованным по специальности «режиссер телевидения» в соответствии с сертификатом очной школы Останкино, необходимость быть самозанятым, а именно работать на частных лиц без заключения трудового договора, без справедливой оплаты, а то и вовсе без оплаты, без всяких социальных гарантий…

Необходимость собирать неимоверное количество справок, анализов, заключений ВКК ОПНД, притом за большинство из них нужно было платить значительные для нас суммы… А ведь он нашел это предложение на сайте для безработных!

Безработный не имеет работы, у него нет средств для существования, и появятся они только после трудоустройства! Да, мы заняли денег у бабушки, истратили все деньги, которые у нас были, на еду, нужно было подождать хотя бы день до пенсии…

Трудоустройство людей с психической инвалидностью в Казахстане проблематично. Чаще всего человек с биполярным расстройством или диагностированной депрессией может рассчитывать только на работу дворника или уборщицы.

На бумаге всё выглядит очень красиво:

В соответствии с п. 2 ст. 6 Трудового кодекса Республики Казахстан от 23 ноября 2015 года № 414-V (с изменениями и дополнениями от 01.01.2017) (далее – ТК РК), никто не может подвергаться какой-либо дискриминации при реализации трудовых прав по мотивам происхождения, социального, должностного и имущественного положения, пола, расы, национальности, языка, отношения к религии, убеждений, места жительства, возраста или физических недостатков, а также принадлежности к общественным объединениям.

Но если инвалид второй или третьей группы хочет работать по профильному образованию, он сталкивается с необходимостью экспертизы:

…если МСЭК (медико-социальная экспертная комиссия) определила, что работа, которую собирается выполнять инвалид, не противопоказана ему по состоянию здоровья, он может приступать к своим обязанностям.

Количество и дороговизна справок, на которую жалуются жители Казахстана, впечатляет. Для некоторых ментально нездоровых людей эта тема настолько болезненна, что они не готовы комментировать её публично. Процитирую высказывание женщины, пожелавшей остаться неизвестной:

Мне объяснили: это во избежание коррупции. Если сократят список документов, снизят цену на заключение — люди всё равно будут врачам и чиновникам деньги носить, работать-то многим надо. А так они носят деньги легально, и эти суммы идут на улучшение… чего-то там, больниц, что ли. Но я бы не сказала, что сильно улучшились наши медицинские услуги. Многих препаратов нет, заказывать из-за рубежа дорого или нельзя.

Мишель Фуко говорил о репрессивном государственном методе: «Уничтожить болезнь, уничтожив больного», — применительно к ситуации, когда пациента после безуспешного фармакологического лечения подвергли лоботомии. Здесь же государственный аппарат уничтожил человека ещё до повторного попадания в «белые стены», прибегнув к практике «мягкого» бюрократического садизма.

Вам также может понравиться...