Дисциплинированные убийцы

Тов. Шиитман
6UzG4DCEQng
Недавно наш постоянный автор Коля Муравьедов нарисовал картинку иллюстрирующую высказывание Льва Николаевича Толстого «Армия есть ничто иное, как собрание дисциплинированных убийц». Картинка хорошая, Коля вообще очень талантлив. В качестве основы используется любимый автором мотив Totentanz, но только скелеты не танцуют, в отличие от немецких гравюр, они чинно маршируют с ружьями флагами и барабанами. Они идут по Подземному Миру, один из них лезет наружу, верх уже оброс плотью, а низ остается костяным. Человек наверху помогает человеко-скелету выбраться.

Работа Коли оказалась гораздо глубже и интереснее, чем исходное высказывание классика русской литературы и христианского анархиста. Прежде чем я подробно рассмотрел рисунок, он вызвал у меня желание жестко его раскритиковать. Поначалу я увидел в нём лишь толстовский антивоенный пафос. Лев Николаевич вообще был очень склонен к морализаторству, а морализаторство — вещь совершенно бесплодная. Человек, который убивает себе подобных, называется убийцей. Солдаты убивают, в этом функция «солдата». Иногда «убийцы» принимают удар на себя, они позволяют нам жить в относительной безопасности, рисовать картинки и писать критические заметки на сайт Нигилист. Надо заметить, что мы с Колей не просто обыватели, а люди леворадикальных, анархистских взглядов, а это значит, что конечной целью наших трепыханий является социальная революция. Революция будет вынуждена противостоять реакции, старый мир просто так не уступит своей власти, множество людей будет одурманено пропагандой власть имущих. Всё будет как на Донбассе, но гораздо жестче и кровавей. Если банальная угроза всевластию бюрократической прослойки породила нашу украинскую Вандею, то социальная революция родит ещё более страшный ответ. И мы будем вынуждены что-то с этим делать.

У меня на плече есть татуировка, сделанная все тем же Колей. Пляшущие скелеты с флагами и слова баварского революционера Евгения Левине «Мы коммунисты — мертвецы в отпуске». Он произнес эту фразу в память о погибших соратниках, а через какое-то время сам был расстрелян как один из ключевых участников революции, которая создала, хоть и ненадолго «Баварскую Советскую Республику». Эту революцию совершили коммунисты, стоявшие на гораздо более левых позициях чем Ленин, так что возможно, БСР могла бы стать действительно советской от слова «совет», без ошибок и преступлений совершенных большевиками. Но речь не об истории преданных революций, речь о скелетах.

Скелеты, которые пляшут на моем предплечье, очень похожи на тех, что чинно маршируют с оружием на «толстовской» картинке. Мы, революционеры, будем вынуждены убивать, хотим мы того или нет. В отличие от правых романтиков, мы не воспеваем и не героизируем войну, но мы всё равно будем вынуждены убивать или убьют нас. Некоторые марксисты и анархисты уже делают это, они воюют, защищая чуть более прогрессивную Украину от интервенции со стороны совсем уж совсем реакционной России. Другие, как и я, пока что отсиживаются. Это не повод стыдиться — у социальной революции много фронтов и противостояние внешней агрессии — лишь один из них. Но рано или поздно многим из нас, некоторым с радостью, некоторым с ненавистью к себе, придется стать теми самыми в большей или меньшей степени «дисциплинированными» убийцами, которых порицал мудрый бородатый старец.

На самом деле, суть картинки именно в солдате, который выбирается наружу. Можно поверхностно прочесть в этом апологию дезертирства. Но нельзя дезертировать из Подземного Мира. Можно уйти из армии, можно ли перестать быть убийцей? К тому же, что делать с будущей «анархистской армией», которая будет создана чтобы сражаться за правое дело? Куда дезертировать, куда бежать из мировой революции, которую мы, вроде как, пытаемся приблизить и имеем ли мы моральное право дезертировать из неё? Когда начнется наша война, от которой мы не сможем уклониться не предавая своих идеалов, «дисциплинированные убийцы», они же «мертвецы в отпуске», будут вынуждены пройти свой путь до конца. Убивать придётся, как водится, не только врагов, но и собственную человечность.

И вот тут-то проявляется главная идея, заключённая в работе Муравьедова. Её суть не в осуждении и не в бесплодном морализаторстве. «Убийца» должен иметь возможность вернуться к нормальной жизни не ощущая на себе клейма. При том, что часто это клеймо он наносит себе сам. Ободранный скелет всё равно заслуживает того, чтобы снова ощутить себя человеком. Люди, избежавшие ада войны, должны попытаться залечить раны, которые она наносит другим. Это тот пацифизм без которого не обойтись сегодня, это тот пацифизм, без которого мы не сможем выжить в дальнейшем.

Вам также может понравиться...