Старое платье фашизма

Тов. Шиитман
для проекта “После Победы”

king
Всякий раз накануне 9-го мая мы ожидаем провокаций и конфликтов. Повесят ли красные флаги? Атакуют ли неонацисты ветеранов? Что захватят возомнившие себя солдатами-освободителями боевики с георгиевскими ленточками? День Победы окончательно превратился в день русского милитаризма и имперского реванша, который пытается оправдать себя “антифашизмом”. В то же время, украинские ультраправые под предлогом борьбы против русского милитаризма оживляют устаревшую риторику и эстетику, которая не без причин ассоциируется с нацистами и коллаборантами.

Основная часть населения Украины оказывается заложниками противостояния украинских националистов и их русских коллег, которые берут на себя право вещать от имени регионов – Запада и Юго-Востока, соответственно. Одни правые называют себя “левыми”, апеллируя, впрочем, не к ценностям и идеям социализма и анархизма, а к советской ностальгии по сильному государству. Другие правые декларируют приверженность “европейским ценностям”, вместе с тем разжигая ксенофобскую истерию. В истории Второй мировой, впрочем, тоже достаточно неясного, противоречивого и не вписывающегося в рамки пропагандистских мифов: достаточно вспомнить 1939 год и раздел Польши, показательно, что советско-патриотическое прочтение истории часто датирует начало войны 1941 годом.

Иногда кажется, что современные политики занимаются огромной нелепой исторической реконструкцией: обзывают друг друга «фашистами» и «русскими шовинистами», обижаются и опровергают друг друга, но в то же время прилагают все усилия, чтобы подтвердить обидные эпитеты. Одни поднимают флаги с «волчьим крюком», до боли напоминающим свастику, другие старательно копируют советскую военно-патриотическую эстетику, часто разбавленную православно-имперским колоритом. Но и первые, и вторые постоянно открещиваются от своих идеологических и исторических прототипов. Если назвать свободовца фашистом, он начнет с почти сектантстким рвением доказывать, что его «социал-национализм» не имеет ничего общего с «национал-социализмом» и тем более с фашизмом. То же самое можно сказать и о большинстве носителей георгиевских ленточек: в ответ на обвинения в «русском национализме» они прочтут в равной мере пафосную и бессмысленную речь о «единстве славян» и о «русском народе-интернационалисте».

В дикой природе безобидные насекомые часто копируют окрас хищных и ядовитых, чтобы иметь более угрожающий вид. А хищнику, напротив, выгодно растворяться в траве, ничем не проявлять свою сущность. Таким образом, оптимальный способ маскировки для самого хитрого охотника – это выглядеть самим собой, источать ложную опасность, которая на поверку окажется настоящей. Мы привыкли, что фашизм – это нечто далекое и давно побежденное, потерявшее смысл слово, превращенное в несерьезное политическое ругательство. Назвать кого-то фашистом – нарушить закон Годвина, дать риторическую слабину. Поэтому настоящему фашисту даже выгодно, если его называют фашистом. Сказка про голого короля наоборот: никто не поверит словам младенца, изрекающего пошлую и очевидную истину. Король, осознающий свою наготу, издевательски предлагает зрителям: «ну давайте же, назовите меня голым, покажите, что вы – неразумные дети, не разбирающиеся в моде». Любимые ультраправыми фетиши: всевозможные вариации на тему свастики, вскидывание правой руки («римское приветствие», «славянский знак от сердца к солнцу» или попросту «зига»), попытки использовать словосочетание «национал-социализм» в лозунгах и названиях организаций – это не желание отдать должное своим идейным предшественникам, а, напротив, желание перевести в фарс любые попытки отождествить из всерьез.

«Свободу» и ее более маргинальных единомышленников охотно критикуют за символику, лозунги, ксенофобную риторику, но это именно та критика, на которую они рассчитывают. “Визитка Яроша” не зря стала смешным интернет мемом. Голый король, качая бедрами, пугает детишек пивным животом и радостно хохочет над их попытками обличить его наготу. Королю вторит свита из числа правых интеллектуалов, деятелей культуры и сочувствующих журналистов. Серьезная критика попросту тонет в этом хохоте. Хохот приобретает почти истеричные нотки, если сказать вслух, что признаки фашизма (корпоративное государство со слитыми воедино бизнесом и властью, цензура в СМИ и искусстве, выдуманные штатными пропагандистами «традиционные ценности», социальный популизм в сочетании с защитой интересов крупного капитала, «диктатура закона» и борьба за «единство нации») свойственны не только маргиналам, но и большей части украинского политического мейнстрима, как побеждённым регионалам, так и тем, кто сменил их в коридорах власти.

Особенно жаль в этой ситуации немногочисленных оставшихся ветеранов. Есть горькая ирония в том, что люди, 70 лет назад бывшие пешками в войне пусть отвратительных, но великих тиранов, теперь играют роль пешек в схватке политических карликов.
Спираль истории сделала виток и теперь трагедия перемежается фарсом.

Вам также может понравиться...