Давая дорогу женскому гневу

Я хочу, чтобы в феминизм вернулось право на злость. Легитимность злости часто даже самими феминистками ставится под большой вопрос. С одной стороны, существует поддерживаемое не очень разумными журналистами клише о том, что феминистки — это такие ужасные сверхагрессивные женщины, а женщине так себя вести негоже, потому признаем-ка их плохими. Некоторые участницы движения считают, что нужно вести себя исключительно неагрессивно и вежливо — как на публичных мероприятиях, так и в сети. Лично я такую тактику считаю провальной. По-моему, феминистка, как и любой другой человек, имеет право на выражение злости, гнева и ярости.

Как только феминистка начинает открыто критиковать мужчин, пусть даже сто раз за дело (избиение жены, изнасилование, мизогинные высказывания), публика немедленно запишет её в мужененавистницы. Оные, кстати, в движении тоже есть, но их процент можно описать пословицей «у страха глаза велики». На Марше Женщин, который прошёл 8 марта в Киеве, было достаточно мужчин — и никого из них во имя феминизма не съели и не расчленили.

С критикой женщин всё ещё сложнее. Помимо феминизма, меня также интересуют вопросы гендерного равенства. Я считаю, что женские выступления, произведения искусства, книги могут точно так же подвергаться критике. Но тут я получаю вопли о том, что: «Мизогинии в мире и так много, давай лучше критикуй мужиков!» То есть по сути несогласие с другими течениями феминизма или с другими женщинами становится такой запретной зоной, про которую говорить не моги, потому что это якобы на руку патриархату. Проблема в том, что от молчания разногласия никуда не деваются. И дальше начинается выяснение: критика — это просто критика или всё же мизогиния, за которую из движа надо гнать палкой?

Ещё одной проблемой, связанной с выражением женского, феминистского гнева, я считаю идею повсеместного применения такой практики, как «ненасильственное общение». Изначально идея такого способа коммуникации была разработана Маршаллом Розенбергом. Она состоит в том, что взаимное уважение может стать путём к решению любого конфликта, а людей-агрессоров нужно просто просветить о наличии неких гуманных моделей поведения. По своей сути это очень пацифистская практика. Она неплоха сама по себе, неплоха для бытового и делового общения с людьми, которые не являются откровенно опасными. Но пропагандистки этой идеи упускают некоторые нюансы:

  1. Принцип «начни с себя» не работает, потому что, внезапно, не все хотят начинать с себя, чтобы стать великими гуманист(к)ами.Я действительно не верю в то, что все люди хорошие, и надо просто правильно уговорить их.
  2. В отдельных случаях излишний гуманизм может стоить здоровья, в том числе и психического. Довольно странно на открытую физическую агрессию отвечать надёрганными из зарубежных книг по психологии фразами типа: «Мне это так откликается!», «Я тебя услышала!» Да, есть ситуации, в которых надо думать о себе, а не о том, свернёт ли агрессор/ка на путь ненасильственного общения. Послать нахуй некоторых людей в разы правильнее и здоровее, чем тратить часы и дни на их «перековку».

Также меня волнует запрет даже на защиту, не то что на ответ агрессору. Да, в методичках по безопасности перед ЛГБТ-мероприятиями и феммаршами часто пишется о том, что не стоит бороться за символику (флаг, баннер, плакат), надо всё бросать и бежать, спасаясь. С точки зрения сохранности здоровья — это совершенно верно. Но это бесполезный совет для тех, кто готов(а) рискнуть здоровьем, отбивая свою символику с целью отстоять свою идентичность и право на протест. Я достаточно невысокого роста и скромных физических сил из-за ряда болезней. Но «просто забирать» у себя что-то я не дам, даже если это портит организаторам мероприятия красивую картинку о том, что всё прошло мирно.

Да, важно криками или перетягиванием флага привлечь внимание к тому, что на мирное собрание напали. Надеяться на то, что полиция защитит, конечно, можно, но результаты веры в правоохранителей могут быть неутешительны. Я выбираю для себя путь противостояния, в том числе и физического, даже если силы неравны. Жительница Швеции Тесс Асплунд не побоялась выйти в одиночку против марша неонацистов. Молчаливое согласие с отобранной символикой или испорченным имуществом — не мой вариант. Впрочем, каждая выбирает свой путь борьбы сама.

Полиция пытается оттеснить Тесс Асплунд от марша неонацистов

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

 

Вам также может понравиться...