Сознание фашиста

Лидер итальянских фашистов Бенито Муссолини

Stan Przhegodsky, «Inside the Mind of a Fascist»

Поскольку романтическая эйфория от фашистских митингов и шествий больше не вселяет ни трепета, ни ужаса, интересующиеся фашистскими теориями, как и большинство людей, ищущих себе идеологию, сначала навешивают на себя ярлык, и только потом исследуют стоящие за ним ценности. Те, кто не разделяет расистских идей, открыто заявят о неприятии такой формы фашизма как национал-социализм. Многие из тех, кто разделяет, не просто назовут себя «наци», но и объявят расизм обязательным для любого фашиста убеждением. Большинство фашистов занимает реакционную позицию, но некоторые все же поддерживают прогрессивные ценности и могут быть чем-то вроде социал-демократов, которые презирают политику идентичности, популярную у левых.

Фашисты верят, что общество изменит социальная политика в виде акций прямого действия, подкрепленных национальной идеей. Часто можно встретить фашиста, который совсем не обеспокоен экономикой, покуда социальная политика в его понимании сводится к палингенетическому ультранационализму (термин, выдвинутый британским политологом Роджером Гриффином, который означает «возврат к лучшим временам»).

Если же вам удалось встретить экономически грамотных фашистов, они скорее всего будут выступать за корпоративизм, но не тот, что создал экономику современных скандинавских стран, Южной Кореи или послевоенной Германии. Фашистский корпоративизм — это идея о классовом сотрудничестве, приправленная конфуцианской философией. На словах это прекращение классовой борьбы путем установления «власти достойных». Часть фашистов выступает за тот тип корпоративизма, который можно найти в основе социал-демократии, поскольку считают его более реалистичным.

Итальянские фашистские боевики — чернорубашечники

Согласно идеям фашистского корпоративизма, каждый должен честно говорить о своих способностях и проявлять их, как часть единого организма. Например, если человек имеет выдающиеся навыки в чем-либо, его ставят на работу туда, где они пригодятся лучше всего. При этом более всего ценится скорость выполнения работы, учитывая фашистский культ быстроты и эффективности. Стоит также добавить о культе красоты и сексуальной привлекательности, а также силы как доступа к насилию. Это не корпоратократия, в которой частные компании руководят слабым правительством.

Один из самых больших изъянов ортодоксального фашизма — это идея об автаркии. На практике последовательная автаркия приводит к режиму вроде Северной Кореи (и то ее нельзя назвать полностью автаркической, — ред.).

Это принцип, согласно которому страна должна быть на полном самообеспечении, чтобы не впутываться в систему международного капитализма. Критиковать принцип международного экономического взаимодействия — значит, рассчитывать, что слушатель настолько глуп, что не осознает преимущество международной торговли, наличия дефицитных и избыточных ресурсов у разных стран, не понимает, что такое спрос и предложение, не слышал о черном рынке и так далее.

Фашистский Марш на Рим, 1922

Романтизм, как попытка смотреть на мир через розовые очки, — это следующий прокол фашизма как политической идеологии и практики, построенной на лжи, который отделяет его от социал-демократии. Именно отсюда исходит русская идея «третьего Рима» или американская идея «процветания пятидесятых». Конечно же, фашистская Италия играла на романтических чувствах весьма успешно, давя на эмоции экономически угнетенного населения призывом вернуть римское величие.

Изначально романтизм был монархистской концепцией, в которой элита пыталась украсить свою власть обаянием и таинственностью, ища способы избавиться от ценностей европейского Просвещения с его принципом равенства. Этот принцип отрицают многие романтики и сегодня.

В качестве примера этой концепции одурачивания крестьян и наследников старых имуществ, сравните картины в духе романтизма и реализма «Наполеон на перевале Сен-Бернар» Жака-Луи Давида и «Переход Наполеона через Альпы» Поля Делароша. Реалистичная картина Делароша снимает налет мистики с образа завоевателя на лошади, подчеркивая его смертность и подверженность ошибкам.

Наполеон в романтической и реалистической ипостасях

Несмотря на общую схожесть, фашизм и монархизм — это не одно и то же. Фашизм содержит сильные элементы демократии в форме представительства интересов рабочих в национализированных гильдиях и переговорах об уровне зарплаты, он не устанавливает потомственную власть, но гордится своим идеализированным представлением о «царе-философе», избранном за достоинства, как это предлагал Платон в своем концепте Республики. Ортодоксальная фашистская доктрина, так или иначе, твердо стоит на тоталитарных началах, называя их полезным инструментом, который объединяет умы граждан во имя общих целей и устраняет препятствия на пути к «славе», определение которой не всегда понятно.

Рамки полномочий государства расширяются с религиозным благоговением, поскольку фашистское государство само по себе становится религией. В этом концепте государства-религии фашисты видят ритуалы и традиции как оружие для защиты культуры. На практике это внедряет т.н. «экономический национализм», защищающий местное производство и продукцию, но на практике сводящий все к катастрофе в сфере торговли. Последние два фактора могут быть видоизменены и приняты на вооружение некоторыми левыми, как социально-экономические последствия их изначальных планов. Люди, идентифицирующие себя как современных фашистов, отрицают их, предлагая более умеренный подход.

Расистский фашизм — национал-социализм — куда более гадкое создание. Обвиняя евреев (или кого-нибудь другого удобного и отличного от других) в недостатках, обнаруженных в международном капитализме или нехватке ресурсов, нацистская идеология взывает к невежеству и глупости, применяя заведомо ошибочные идеи фашизма и продвигая их к поистине вульгарным целям — приношений в жертву козлов отпущения, чтоб успокоить неведомо какого бога. Нацисты верят в чистоту, которой можно добиться путем этнических чисток и отбора самых здоровых.

Они давят на самое естественное желание людей — быть здоровыми и иметь здоровое потомство, но с определенными «правильными» чертами, которые определяются антинаучными и варварскими способами. Нацисты не понимают, что этническая чистота не удаляет у населения рецессивные гены. Если все человечество смешается, так называемые «арийские черты» всегда будут проявляться и, если на то будет воля эволюции, не исчезнут никогда. Отметим, что нацисты существуют во всех этнических группах и борются за их превосходство, но никакая этническая принадлежность не освобождает от производства идиотских идей.

Проще говоря, типичные фашисты — это плохо образованные социал-демократы со склонностями к театрализации в духе группы Rammstein и идеалистическими мечтами о славе и доблести, а нацисты это фашисты, которые еще и ничего не смыслят в генетике и социологии. Общаясь с фашистом или нацистом и опровергая изъяны в его логической цепочке, вы, в конечном итоге, можете оказаться в обществе новообращенного социал-демократа. Потом можно будет предоставить дополнительные аргументы, чтоб превратить их в коммунистов. Правда, такой исход не гарантирован.

Трупы Муссолини и его ближайшего окружения, выставленные напоказ итальянскими партизанами, 1945

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...