Женщина, которая выдала тайну

Светлана Давыдова как магнит для идеологических проекций и юридических подтасовок.

tayna1

Илья Матвеев, исследователь, политолог

Что сказать о деле Давыдовой? Вот я прочитал статью на пропагандистском сливном бачке «RuPosters». Статья называется «Государственная измена: 5 заблуждений о деле Давыдовой». Краткое содержание: гражданка Давыдова передала в посольство информацию о «скрытной передислокации военной части ГРУ», добавив, что военные едут на Донбасс. Насчет Донбасса она, возможно, была неправа (а возможно, и права (!)) — однако, рассказав про передислокацию части, сорвала (!!!) некие «мероприятия по усилению государственной границы с Украиной» (??!!). Вот такие вот «мероприятия»: чтобы их осуществлять, надо скрытно передислоцироваться – и дальше очень скрытно усиливать границу. Это большой секрет и государственная тайна. Правда, теперь ее все знают. И генштаб подтвердил: «Сведения достоверные». Короче, может, и не было никаких мероприятий, может, и правда, военные на Донбасс поехали. А может, и не поехали. Если не поехали, а остались усиливать границу, то «Давыдова становится соучастницей военных преступлений Украины на российской границе», потому что «сорвала мероприятия». А если поехали, то Давыдова все равно плохая, потому что стремилась «помочь иностранному государству в антироссийской деятельности». Это выразилось в ее «пренебрежении к пророссийским силам на Донбассе». Итого: ополченцы «пророссийские», Украина против ополченцев, следовательно, быть против ополченцев в России значит помогать Украине в антироссийской деятельности. Хотя ополченцы никакого отношения к России не имеют. Но мешать им из России – все-таки антироссийская деятельность. Почему? Потому что потому начинается на «у».

В общем, типичное для «русской весны» нагромождение подлостей и вранья. Концы не сходятся, какому государству и в чем изменила Давыдова – неясно, однако гражданка Давыдова уже в Лефортово, а подполковник по фамилии Свинолуп вовсю расследует ее многочисленные преступления. Здравствуй, Россия 2015 года.

Кстати, почва была подготовлена давно. Еще в октябре 2012 года Госдума «за пять минут» приняла закон, максимально расширяющий понятие госизмены: «…оказание финансовой, материально-технической, консультационной или иной (!!!) помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». Мы давно знали, что любое слово могут назвать «экстремизмом». Теперь нам напомнили, что любое дело могут объявить «госизменой». Все ограничивается лишь фантазией очередного подполковника.

fka Bad girl LIAR, феминистка, публицист

Светлана Давыдова—еще один Дрейфус путинского режима. Идеальный персонаж, чтобы проиллюстрировать то самое пересечение угнетений: женщина, провинциалка, коммунистка, домохозяйка из рабочего класса, кормящая мать (физиологический нюанс)—бывшая швея. Угнетений, которые не вызывают у общества жалости, но напротив—агрессию и желание обвинять существо, в котором каждый найдет нечто особенно отвратительное именно для себя—будь то по линии женоненавистничества или презрения к «низшим», «необразованным», «некрасивым», «странноватым». Все бесконечные колонки и мнения о ней—неважно, обличительные или сострадающие (но никогда не оправдывающие безоговорочно)— начинаются с перечисления «фактов», будто бы известных о ней: женщина, многодетная мать, бывший член КПРФ, швея-мотористка, ведет дневник, где записывает политические наблюдения, муж бомбила, был раньше женат на ее сестре, дочь назвала Кассандрой. Этой суммы фактов, которая подается как исключительно причудливая, достаточно, чтобы сделать из несколько дней назад никому неизвестной женщины экран для безудержных проекций—классовых и гендерных. Каждому кажется, что он видит причину ее поступка. Либералы говорят: дело в ее постперестроечном прошлом, в ее птушном недообразовании, жалкой деклассированной провинциальной жизни в 1990-е, которая привела ее к многодетности и девиантному политическому фанатизму, но прежде всего, дело в природном недостатке ума. Сексисты говорят: дело в гормональном сдвиге, это последствия многодетности, беременностей, сделавших из женщины со странностями сумасшедшую кошелку, которая вместо того, чтобы следить за детьми, суется куда не надо. Ура-патриоты говорят: ее лицо в очках кажется знакомым—все белоленточники выглядят одинаково. Сексисты и ура-патриоты часто дополняют друг друга. Ну а гуманные колумнисты Lenta.ru видят в ней омерзительный и, хоть и против воли, но все же вынуждающий сострадать образчик опять же лезущего куда не надо политизированного обывателя. Все эти суждения, даже самые либеральные (то есть те, в которых все «но» сводятся к тому, что «сажать нельзя, но чисто юридически…») как одно скатываются в тупой биологизм, в теории о происхождении порицаемого субъекта: дело в ее природной глупости или гормональной деформированности.

Но правда в том, что никто не знает о Светлане Давыдовой ровным счетом ничего. Имя ее дочери и специфика ее семейной истории, ее привычка вести дневник, ее наблюдательность и политизированность, число ее детей, ее политическая биография могут складываться во множество разнообразных интерпретаций. При этом никто и никогда еще не слышал речи самой Давыдовой—не считая непроверенных выдержек из ее дневников и интервью ее мужа мы не знаем ни одного сказанного ей лично слова. Кроме, может быть, последней новости о том, что «обвиняемая в госизмене отказалась от показаний».

Никто из тех, кто высказывает суждения, не способен со стороны увидеть систему, тайну которой, возможно, «выдала» эта женщина. Была гостайна или нет, тут даже у самых сочувствующих комментаторов возникают сомнения, решение делегируется профессионалам: юридические тонкости могут оценить только юристы. Невнятица, которая возникает вокруг тайны—которая то ли была выдана, то ли нет—той же природы, что и неясность вокруг того, кто же такая Светлана Давыдова—фанатичная коммунистка, скользкая белоленточница или просто рехнувшаяся наседка. И эта невнятица относится вовсе не к Светлане Давыдовой, а к тем, кто фантазирует о ней—и о выданной ею тайне. Это их собственная слепота в отношении той позиции, которую они занимают в своем говорении, позиции, которую они занимают в этом обществе по отношению к другим, и невозможность поставить эту позицию под вопрос и увидеть, например, что само понятие гостайны – элемент конкретного режима национального государства, для которого формальная целостность всегда стоит выше любых гражданских интересов.

То, что эта женщина попыталась послать свой запрос вовне этой системы (за пределы этого государства), высветило ее положение внутри этой системы (внутри этого государства): положение на пересечении угнетений и проекций, направленных в то место, где должна быть Светлана Давыдова, о которой мы все еще не знаем ничего.

Источник

Вам также может понравиться...