В память об архангельском бомбисте Михаиле Жлобицком

Михаил Жлобицкий перед взрывом

О личности Михаила Жлобицкого мы знаем мало и будем знать меньше, чем о террористах-народовольцах 19 века. Его биография не богата событиями, а скрытность архангельского бомбиста, который предпочитал держать свои мысли при себе, лишит нас возможности составить его психологический портрет. Собственно, это не останавливает российские федеральные фейкньюз: они уже трудятся над созданием образа психопата. Мученик, вошедший в приемную ФСБ с бомбой, – пугающий образ для власть предержащих и их медийных миньонов.  

Напомню факты. 31 октября в Архангельске семнадцатилетний анархист Михаил Жлобицкий подорвал самодельную бомбу в здании местного управления ФСБ. Он был подписчиком нескольких анархистских и исторических пабликов в Telegram. В этом же мессенджере за 7 минут до теракта он сообщил:

Газета «Коммерсант» публикует статью, в которой некий «известный психиатр-криминалист» Михаил Виноградов при отсутствии внятных данных о покойном сравнивает Жлобицкого с «керченским стрелком» Росляковым и делает гениальную догадку: Михаила на теракт могла подвигнуть… «двойка по какому-либо предмету».

«Он также отметил, что скорее всего, помимо керченских событий, юношу сподвигла к теракту с самоподрывом «целая совокупность самых различных факторов». Такими, например, могли быть двойка по какому-либо предмету, скандал в семье и другие подобные, на первый взгляд, казалось бы, малозначимые события».

Михаил Виноградов также считает, что отсылки к ненависти к ФСБ и призыв к анархическому коммунизму в предсмертном послании — не более чем попытка прославиться. А провокаторские действия ФСБ, подло фабрикующей дела против наивных подростков, ни при чем. Дела «Сети» для «Коммерсанта» нет. Они о нем не знают.

«Отчасти подтвердили это “Ъ” представители различных правозащитных организаций, сообщившие, что им неизвестно о каких-либо серьезных нарушениях, допущенных региональными чекистами».

Прокремлевское «серьезное» СМИ пытается отрицать политический мотив поступка Жлобицкого. Кремлевская обслуга даже избегает называть покойного его именем и полностью цитировать его записку.  

Очень тяжело «прославиться», «возвыситься», если ты планируешь «подохнуть».

Если «Коммерсант» пытался «не рекламировать», не указывая имени террориста, то нам становится понятна иерархия ценностей издания. Личность «керченского стрелка» Рослякова газетой обсасывалась достаточно подробно. Ну, вы понимаете. Если подражатель намерен убивать детей, а не ФСБешников, то это не страшно.

Поиск по слову «Росляков» в «Коммерсанте» дает 89 результатов. Поиск по слову «Жлобицкий» дает 1 результат, и тот не имеет отношения к архангельскому бомбисту. То есть, по мнению журналистов «Коммерсанта», убивать ФСБшников хуже, чем убивать детей. Кремлевская агентура пытается выставить в «либеральных СМИ» покойного психопатом, взгляды которого не заслуживают обсуждения. Медиапровокаторша и путинистка Леся Рябцева в своем блоге на «Эхо Москвы» пытается убедить СМИ не показывать место теракта, чтоб не спровоцировать подражателей. Потому что это — по ее недостойному даже матерного слова убогому мнению — «злоупотребление» свободой слова. Показательно, что о Рослякове и ситуации в Керчи Леся Рябцева до вчерашнего дня молчала. За все прошедшее время мы видим в ее блоге на «Эхе» только публикацию о том, как плоха оппозиция в Мосгордуме. Сама госпожа Рябцева склонна к оценочным, ошибочным и заведомо лживым утверждениям, о чем известно всем, кто наблюдал карьеру этого вселенского трепла. Ее существование в СМИ и есть наглое злоупотребление свободой слова со стороны кремлевских хозяев этой убогой марионетки.   

Прикомандированный режимом к КПРФ национал-социалист и «русский левый интеллектуал» Максим Шевченко поставил под вопрос истинность воззрений Жлобицкого. Шевченко не только нагло лжет, утверждая, что большевикам-экспроприаторам был чужд террор, так еще и называет покойного в интервью «Эхо Москвы» сумасшедшим и чуждым революционной левой традиции:

«Я просто не понимаю, зачем таким образом публично в здании ФСБ организовывать самоподрыв. Это просто какая-то отвратительная психопатия, которую понять можно, но оправдать абсолютно невозможно».

То есть борьба против организации провокаторских дел «Сети» и «Нового Величия», которые построены на обмане и пытках тинейджеров, для Максима Леонардовича не повод для вооруженной борьбы. Обычное же нормальное скотство. Для господина Шевченко в этом нет ничего нового или возмутительного. У него же от провокаторских действий ФСБ не пропадет французская булка и деньги на грамм кокса. По мнению кремлевского холуя, против такого порядка вещей может выступать только психопат. Далее господин Шевченко в интервью сообщает:

«Левые никогда это не применяли. Я очень хорошо знаю биографию РАФ и писал работу в своем время по Майнхоф, Баадер и про Гудрун Энслин и изучал немецкие первоисточники еще в 80-е годы. Нет, у них такого не было. Да, они покончили самоубийством в тюрьме — трое, — есть версия, что их убили, конечно, — но в целом их акции были направлены на что-то».

Мы видим, что обласканный властями и назначенный ими на роль «левого комментатора» Шевченко как-то оторвался от родной русской земли. Собственно, практически все русские бомбисты конца 19 и начала 20 века шли на акцию, как на смерть. Примитивные самодельные бомбы убивали и жертв, и террористов. Боевика могли на месте застрелить или зарубить шашками охранники. А если уж благородные убийцы и выживали после нападения, то их шансы избежать виселицы были невелики.  

С другой стороны, террор был ограничен этикой и ответственностью. Террористы шли на виселицу, чтоб таким образом искупить чужую смерть. В основе левого бунта лежит идея ценности человеческой жизни. Например, любимая антисемитом Шевченко интифада к левому террору отношения не имеет.

Эсер Каляев, например, видел в смерти искупление за убийство, а его товарищ по партии Сазонов покончил с собой, чтоб облегчить жизнь товарищей.  Самопожертвование, личная ответственность, солидарность — нормально для человека. Быть Максимом Шевченко или Лесей Рябцевой — тоже нормально. Но не для человека, а для свиньи.

Убийство случайного человека, представителя некой социальной, национальной группы неприемлемо, что бы вам ни рассказывали русские, украинские или белорусские анархо-субкультурные гуру. За портрет чеченца на футболке вполне могут убивать русские националисты, но не анархисты.  

Жлобицкий не бродил по улице и не искал безопасную цель, как делают правые и левые субкультурщики.  Его террор был адресно направлен против сотрудников политической полиции. Жлобицкий, как следует из его записки, изначально шел на смерть, полагая это хорошей ценой за уничтожение врагов. Это жест отчаяния и ответ на правительственный террор в стране, где для справедливости и протеста уже не осталось места. Не он принял решение. ФСБ навязало ему и его последователям именно такой тип поведения. Собственно, насилие — единственная адекватная форма политического диалога со сворой лжецов, воров и убийц, которые правят страной.   

Отличился и официальный «контрсистемный ультралевак» Удальцов. Он тут же обвинил Жлобицкого в работе на власть.

Ни к какому существенному закручиванию гаек действия Жлобицкого не приведут. Концлагеря для «террористов» создаются по заранее намеченному плану. Партия жуликов и воров «Единая Россия» и так была намерена создать концлагеря для фейковых «террористов».

И все же Жлобицкий кое в чем не прав.   

Во-первых, цена слишком высока. Смерть юноши с благородными идеалами — слишком высокая цена за трех раненых ФСБшников. Палачей в погонах, рябцевых, шевченок, путиных российская земля плодит много, а таких, как Жлобицкий, рождаются единицы. Он пожертвовал собой, потому что не хотел, чтобы ДРУГИЕ ЛЮДИ, которых он наверняка не знал, не подвергались пыткам. В этот день Россия потеряла достойного человека, а члены корпорации палачей и убийц, правящие федерацией, выжили.

Во-вторых, одиночный теракт вряд ли изменит что-то в России, если нет массового легального оппозиционного движения. Подвиг Жлобицкого не пробудит массы, если они зависят от нее материально, согласны с властью, любят и боятся теряющего рассудок «царя» и потому готовы принять любую подлость во славу России. Жлобицкий никого не разбудит, потому что нельзя разбудить тех, кто не спит. Большинство россиян сознательно поддерживают свою власть. Желающим оспорить эту мысль советую ознакомиться с результатами последних президентских выборов в России. Путин — выбор россиян.

Если «результативность» терактов можно повысить, то с самодержавием ничего не сделаешь, пока не посыпется вся управленческая вертикаль, чего ждать не так уж долго. Дело «Сети», «солсберийские шпили», идиотские списки на ликвидацию иностранцев и нелепые ошибки в санкционных списках указывают на то, что мозг этого голиафа сгнил. Когда российская власть станет посмешищем не только для жителей других стран, но и для собственных подданных, нужно быть готовым выйти на улицу. Жаль только, что среди этих людей не будет анархиста Михаила Жлобицкого.  

Покойся с миром, товарищ.


ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ КАНАЛ В TELEGRAM!

Поддержать редакцию:

  • UAH: «ПриватБанк», 5168 7422 0198 6621, Кутний С.
  • USD: skrill.com, [email protected]
  • BTC: 1D7dnTh5v7FzToVTjb9nyF4c4s41FoHcsz
  • ETH: 0xacC5418d564CF3A5E8793A445B281B5e3476c3f0
  • DASH: XtiKPjGeMPf9d1Gw99JY23czRYqBDN4Q69
  • LTC: LNZickqsM27JJkk7LNvr2HPMdpmd1noFxS

Вам также может понравиться...