#NoEurovisionFor: эффектная кампания по защите украинских политузников в России, сложенная на коленке

За некоторое время до Евровидения мне пришло в голову, что в Киеве будет много иностранцев, а следовательно, до них можно попробовать донести какое-нибудь интересное послание. Поскольку в топе моих личных приоритетов — тема украинских политзаключенных в России, это я и стала доносить. За неделю-полторы до мероприятия две женщины — я и Юля Архипова — придумали и провернули кампанию #NoEurovisionFor («Нет Евровидения для…»), где после For подставлялись имена тех десятков человек, которые сидят по надуманным или сильно преувеличенным обвинениям в российских тюрьмах и не могут посмотреть песенный конкурс ни в интернете, ни по российскому телевидению. Это, конечно, наименьшая из их проблем по сравнению со сроками в десять-двенадцать-двадцать и даже больше лет, но такой месседж легко цепляется за инфоповод.

Мы сделали наклейки с хештегом, дублирующим название сайта, чтобы с них заинтересованные переходили на страницу кампании, на которой можно узнать о ситуации подробнее и принять посильное участие (к примеру, финансовое). Среди прочего, предложили делать что-то по случаю Евровидения вместе или параллельно с нами широкому кругу лиц, но инфоповод пропустили все, за исключением инициативы Let My People Go, которая напечатала от себя информационные листовки. Обе инициативы сработались — LMPG помогали кампании информационно, а мы участвовали в раздаче листовок. Кроме того, это позволяло зацепить разные хештеги друг за друга. Сделали даже рамочку на фото фейсбучного профиля. Я клеила, фотографировала, писала пресс-релиз и почти самостоятельно делала сайт. Юля клеила, фотографировала, работала с дизайнером и ходила на эфиры.

Три тысячи наклеек расклеивало более десятка активистов и активисток. Мы работали с социальными сетями и СМИ, а кроме того, запрашивали поддержку у своих влиятельных контактов. Среди прочих откликнулся и Дмитро Кулеба, постоянный представитель Украины при Совете Европы. С этого момента акция обрела поддержку в лице украинского дипломатического корпуса и в итоге попала на официальные страницы МИД.

Фото: Юлия Архипова

Здесь не могу не отметить, что было бы неплохо, чтобы государственные органы не только поддерживали готовые инициативы, но и сами проявляли инициативу работать с темой защиты украинских граждан в застенках России. В конце концов, это их, а не наша, прямая обязанность. К Министерству иностранных дел это относится меньше, а вот к Администрации президента или Министерству информационной политики — больше. Учреждения, существующие из наших налогов, не должны допускать ситуаций, когда граждане делают их работу за свой счет, да еще и тратят на это существенные суммы.

По итогам о нас написала украинская, российская и европейская пресса. Была собрана некоторая сумма денег, превысившая вложенную лично нами. Все эти деньги пойдут в поддержку политзаключенных, в приоритете — крымскотатарских. Как для того, что делалось за неделю, оргкомитетом из двух человек (Аля Шандра из LMPG получилась третьей), и фактически на коленке — я полагаю, неплохой результат.

Фото: Анна Гриценко

Не обесценивая никоим образом ЛГБТ-активизма и важности поднимаемых им проблем, хотела бы сказать, что — как минимум применительно к Евровидению — заниматься политзаключенными намного сложнее. Не та тема, в которой можно покрасить арку в форме радуги в цвета радуги или обсуждать ориентацию веселого, сладкого и дорого одетого мальчика на сцене, не выглядящего конвенционально маскулинно и гетеросексуально. Политота какая-то, имена и лица явно мусульманские, осуждены за терроризм, никакого, в общем, гламура, а только сплошная порча отдыхательного настроения, да еще и денег подай каким-то незнакомцам.

Я вообще ни в чем не виню тех гостей Евровидения, которые не захотели вникать. Я бы, может быть, сама на их месте не вникала. Наклейки облетают — сами или усилиями коммунальных работников, неизвестно. Листовки не берут. На чужом празднике жизни чувствуешь себя неуместным придурком, как герой того пирожка, который на свадьбе держал плакат «Долой режим». Как тебя терпит даже твоя френдлента, которой вдруг оптом насыпалось опять-таки посреди развлекательного контента — тоже хороший вопрос. Потерпят, — вздыхаешь ты и продолжаешь.

Фото: Анна Гриценко

Были и приятные неожиданности. О развитой нами бурной деятельности рассказали политзаключенному Ивану Асташину, находящемуся в Норильске в колонии строгого режима по террористической статье.

Фото: Юлия Архипова

Он может звонить лишь на несколько оговоренных номеров со стационарного телефона, звонок длится десять-пятнадцать минут, и в это время было посчитано приоритетным поделиться с ним рассказом о нас. Хотя Ваня не украинец, и его эта кампания никак не касается прямо, его взгляды полностью проукраинские. Я уверена, что эта новость его вдохновила, а значит, это, соответственно, вдохновляет меня. Пришлите Ване открытку.

Кампания как таковая закончена вместе с Евровидением, но поддерживать заложников Кремля информационно, морально и материально можно и необходимо и дальше. Следующей весной мы уже будем наслаждаться прелестями безвизового режима, и не исключено, что привезем остатки наклеек в Португалию.

 

Вам также может понравиться...